Почти полностью придя в себя, Сергеев захотел пошутить по поводу сложившейся ситуации, однако в облике ее было нечто такое, что пресекало все шутки — даже мысленно. Поэтому он не осмелился, ожидая, что будет дальше.
А дальше было вот что. Женщина наконец оторвалась от двери, подошла к кровати, положила руку ему на лоб и сказала:
— Тебе лучше?
Голос у нее был хриплый, низковатый, но он звучал приятно, успокаивающе. Растерявшись, Юрий пробормотал:
— Не знаю…
Женщина развернулась и быстро вышла из комнаты. Через несколько секунд она вернулась, неся в руке стакан, и, снова подойдя к кровати, решительно скомандовала:
— Пей!
Он не осмелился возразить. Рот и горло обожгла неприятная, кислая жидкость. Он поморщился, его чуть не стошнило:
— Что это за гадость? — с трудом произнес он.
— Пей! До дна!
В ее голосе была твердая воля, которой нельзя было противиться. Поэтому, собрав все силы, Сергеев одним махом проглотил неприятную жидкость и закашлялся:
— Господи! Что это было?
— Обыкновенная вода с лимонной кислотой. Через несколько секунд тебе станет лучше. Это хорошее средство от похмелья.
Она сбросила блестящую тряпку со стула куда-то в угол. Потом взяла стул и поставила рядом с Юрием.
— Послушай… я ничего не помню… — он облизнул пересохшие губы, — ничего абсолютно…
— Это естественно. Тебе было плохо. Ты слишком сильно напился.
— Где я нахожусь?
— Ты находишься в моей квартире.
— А как я сюда попал?
— Я тебя привезла. На такси.
— А… как тебя зовут?
— Меня зовут Ри.
— Ри?
— Думаю, мое имя тебе ничего не скажет, хотя ты попытался со мной познакомиться и поговорить. Ты хотя бы помнишь, кто ты такой? Как твое имя?
— Меня зовут Юра Сергеев. Я… мастер спорта, спортсмен.
Она засмеялась, откинувшись на спинку стула, и весело хлопнула себя по коленям:
— Слава богу, мой рецепт начинает действовать! Часть памяти к тебе вернулась. Как ты себя чувствуешь?
— Слабость… И глаза болят…
— Все пройдет. В твоем состоянии это естественно.
— В каком состоянии? Я ничего не помню! Почему ты не можешь прямо сказать!
— Успокойся! Я хочу, чтобы ты сам все вспомнил.
— Я ничего не помню. Послушай… Ри… Мы с тобой… это самое… Поэтому я должен тебя вспомнить? Что между нами было?
— Снова успокойся! Ничего между нами не было и не могло быть! Я не за этим тебя сюда притащила.
— Точно не было? Ты не врешь?
— Нет! Глупый… Ничего! Не сомневайся даже. Я нашла тебя в этой самой забегаловке.
— А что я там делал?
— Ты пил водку и рассказывал всем направо и налево, что у тебя умер друг…
— Умер друг…
Сергеев все вспомнил. Тяжелое, невыносимое чувство гнетущей тоски… То, с каким огромным трудом он вынес похороны. Потом ему захотелось напиться, и он пошел в этот вонючий кабак…
— У меня действительно умер друг. Виталик.
— Я знаю.
— Откуда?
— Я знаю намного больше, чем ты думаешь!
— Как ты меня там нашла?
— Я ехала специально за тобой. Чтобы тебя найти. Я предполагала, что ты можешь там быть. Мне повезло.
— Ты все время говоришь загадками. И что произошло в клубе?
— В эту ночь я спасла твою жизнь. Знаешь, ты жутко напился. Один выпил почти три бутылки водки. Потом свалился. Ты не смог расплатиться — денег у тебя не было. По крайней мере, их не было в карманах куртки.
— Деньги были в брюках. Кто меня обыскивал?
— Официант, администратор и директор. А потом они решили тебя убить, а вещи выбросить. Я появилась в самый патетический момент — когда тебя еще не успели отдать на расправу. Заплатила им и забрала к себе.
— Почему ты это сделала? Ради чего? Зачем? — Сергеев ничего не понимал.
— Чтобы тебя не постигла судьба твоего друга. Чтобы тебя не успели убить.
21
Внутренне Ри наслаждалась. Ее точно рассчитанная фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. И теперь этот мальчик с глупым видом уставился на нее. Ночью, укладывая его в постель, она очень долго в него вглядывалась. Обычный мальчик. Стандартная внешность. Может, мясо и должно быть таким. Шофер такси добросовестно дотащил его до самой квартиры и даже помог уложить в постель. Ей попался разговорчивый мужчина среднего возраста, который очень хотел заработать.