Таща Катю по снегу, Ника была уверена, что Бяши и Полины на месте не окажется, что они, не дождавшись, побегут за помощью, или их утащит какая-то зловещая сила из леса, но нет, они ждали на поляне и уставились на спасательную экспедицию с изумлением.
– Катька! Живая! – Бяша вытаращил глаза.
– У неё ноги в крови! Что случилось? – кинулась к ним Полина.
– Лучше вам не знать, – буркнул Ромка.
– Там мясорубка... – заикнулся Антон и тут же получил от Пятифанова тычок под ребро.
– Мясорубка? Какая мясорубка? – лицо Полины стало белее окружавшего их снега, а Бяша попытался что-то сказать, но издал только неразборчивое блеяние.
– Бе... Бее... Б-бе-бе...
– Тихо ты! – на этот раз Ромка пихнул его. – Надо валить отсюда, пока этот маньячелло не заявился! Да и холодно, мать его, без куртки стоять!
– Холодно, – простонала Катя, обессиленно падая на колени. Полина прислонилась спиной к дереву, быстро стащила с себя сапог, сняла толстый шерстяной носок, кинула на снег, надела сапог обратно, потом проделала ту же операцию со второй ногой и, присев рядом с Катей, принялась натягивать на неё носки. Когда дело дошло до левой ноги, Катя болезненно охнула, но тут же сжала зубы.
– Потерпи, – пробормотала Полина, подтягивая носок повыше.
– Спа... спасибо, – слабым голосом выдавила Катя. Она с трудом поднялась, цепляясь одной рукой за плечо Полины, а другой за дерево, её огромные зелёные глаза были полны слёз. Все замолчали, чувствуя странную неловкость, и даже Бяша перестал блеять и громко шмыгнул носом.
– Рано ещё спасибо говорить, – первым пришёл в себя Антон. – Ромка прав: надо сваливать. Бяша, Полина, вы держите Катю, а мы с Ромкой и Никой будем вас охранять.
– А ты чего это раскомандовался? Ты у нас главный, что ли? – немедленно взвился Ромка, но его осадила Полина.
– Сейчас не до споров! Потом выясните, кто из вас главный, а сейчас надо в больницу! Бяша, иди сюда!
Бяша послушно проковылял к Полине, они с двух сторон подхватили Катю под руки и потащили через сугробы. Ромка, Антон и Ника следовали за ними, оглядываясь по сторонам, причём Ромка не выпускал из руки нож, то и дело матерясь сквозь зубы и зябко ёжась от холода. В какой-то момент Ника обернулась и вздрогнула, не увидев между деревьями очертаний гаража. Всё было точно такое же, как и раньше: белый снег, тёмное небо, опушка, окружённая обгорелыми стволами, но чёрное строение, из которого они вышли минут пять назад, пропало, растворилось, словно его и не было!
– Гараж! Он исчез! – севшим от волнения голосом крикнула Ника.
– А я тебе говорил, – отозвался Ромка. – Эта штука на месте не стоит, шляется туда-сюда.
– Но как это может быть? – она затрясла головой, пытаясь прогнать вновь нахлынувшее ощущение нереальности происходящего. – Кто-то перевозит его с места на место? Но... получается, он был там сразу после нас! Может, следил за нами? Увидел, что мы вытащили Катю, понял, что до него может добраться милиция, и увёз гараж? Но прошло всего несколько минут! И мы не слышали ни шума машины, ничего!
– Логикой это не объяснить, – тяжело дыша, проговорила Полина, голос её звучал очень испуганно. Бяша снова что-то жалобно проблеял.
– Тут мистика замешана, – поддержал Полину Антон. – Так что сейчас лучше не думать, куда делся гараж.
Ника, ошеломлённая, сбитая с толку и порядком встревоженная, продолжила путь. Снег громко скрипел под ногами, ветер всё сильнее завывал в ветвях деревьев, и она не сразу разобрала, что помимо их шагов неподалёку слышны ещё чьи-то, гораздо более тяжёлые. Когда же Ника поняла, что рядом, по соседней тропинке идёт ещё кто-то, её охватила такая дрожь, что даже зубы застучали. В тот же миг между деревьями очертился чей-то силуэт, Антон испуганно вскрикнул, а Ромка вскинул нож и скомандовал:
– Бегите!
Бяша охнул, выпустил Катю и рванул прочь, но споткнулся о выступающий корень дерева и полетел кубарем. Катя с воплем «Не бросайте меня!» крепче вцепилась в Полину, и та изо всех сил потащила её по снегу. Ромка взмахнул ножом, Антон схватил первую попавшуюся палку, Ника, слабо представляя, что они сейчас будут делать, выставила перед собой сжатые кулаки, и тут силуэт появился перед ними. Блеснули пуговицы и милицейская кокарда, послышался щелчок взводимого курка, и из темноты выплыл старший лейтенант Тихонов – в руках он держал пистолет, нацеленный прямо на ребят.
В голове Ники мгновенно пронеслось: «Значит, Тихонов и есть маньяк! Но перестрелять нас всех сразу он не сможет, надо двигаться зигзагами, отвлечь его, пока Полина уводит Катю как можно дальше!». Головой она понимала это, но тело отказывалось двигаться, ноги стали будто ватные, и она поняла, что не может сделать ни шага. Антон весь трясся, и было слышно, как стучат его зубы, а вот Ромка воинственно рассёк воздух ножом: