Допросы продолжались несколько дней – то во время уроков, то после них. Родители, разумеется, страшно встревожились, узнав всю правду, провели с Никой долгую воспитательную беседу о правилах безопасности, взяли с неё слово больше не ходить по лесу, особенно после темноты, и не связываться с подозрительными компаниями. Мама, мельком увидевшая Рому и Бяшу, уверяла, что они выглядят как «самые настоящие хулиганы, что у тебя с ними может быть общего?», отец же после некоторых размышлений заявил, что история пропажи и чудесного спасения Кати вполне может стать материалом для его новой книги. Мама за это то ли в шутку, то ли всерьёз назвала его «литературным маньяком».
Родители остальных ребят отреагировали по-разному. Ника не удивилась, услышав от Бяши, что его матери «пофиг, я бы пропал в лесу, она бы и не заметила, на!». Рома насчёт своих родителей особо не распространялся, бросив только, что ему «западло» помогать Тихонову, и что отец «бесился, что в ментовку тащиться пришлось». Антон, вздохнув, сообщил, что мама жутко перепугалась, велела ему никогда больше не влезать в подобные приключения и даже угрожала запереть дома и не пускать в школу, а вот отец похвалил за храбрость. «А для Оли я теперь вообще какой-то супергерой, не хуже Человека-Паука», – слегка покраснев, добавил он, покосившись на Полину. «Оля – это моя младшая сестра». Ника сказала, что её родители отреагировали точно так же, а Полина погрустнела и заметила, что её дед после услышанного стал вести себя ещё более странно, чем раньше. «Он не хочет, чтобы я вообще подходила к лесу, но что делать, если дорога в школу и обратно лежит через него?» – сокрушённо спросила она.
– Я буду тебя провожать, – немедленно вызвался Антон. – Буду утром выходить пораньше, идти к твоему дому, потом вместе пойдём в школу. Хочешь?
– Наверное, так и правда будет лучше, – на бледных щеках Полины расцвёл слабый румянец. Ромка фыркнул и демонстративно отвернулся.
В школе их ожидало новое испытание: слава свалилась на них как снег на голову, и теперь на каждом углу школьники, сбившись в группы, судачили о спасении Кати и Чёрном Гараже, подбегали на переменах и после уроков, заглядывали в лицо и закидывали вопросами. Кто-то шутливо просил дать автограф, кто-то громогласно заявлял, что «ерунда это всё, Катька просто заблудилась, а потом нашлась, а они всяких ужасов напридумывали». Учителя изо всех сил старались делать вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло, но даже на уроках между партами то и дело летали бумажные комочки записок, на ребят оглядывались, по кабинету бродили тихие шепотки. Лилия Павловна после помещения Кати в больницу взяла больничный, чтобы всё свободное время проводить рядом с дочерью, и её заменяла учительница начальных классов, молодая женщина, которая не могла держать класс в ежовых рукавицах, поэтому дисциплина на каждом уроке русского и литературы была ни к чёрту.
Нику повышенное внимание одноклассников раздражало, Полину и Антона смущало, а вот Ромка и Бяша просто купались в лучах славы. Они охотно обсуждали случившееся, хотя Бяша при любом упоминании о гараже начинал стучать зубами и заикаться. Ника узнала, что осенью неразлучные друзья баловались чёрной магией, и один «старый чудила» рассказал им, что если глубокой ночью постучать в самый чёрный гараж, он заберёт детей в какой-то чудесный мир. Как ни странно, они действительно нашли гараж, Бяша заглянул туда и впал в такую истерику, что его с трудом удалось успокоить. Ника так и не выяснила, что такого он там увидел: Бяша в ответ на все расспросы только мотал головой и блеял, Рома же всё больше мрачнел и наконец не выдержал:
– Кончай его допытывать, Сара Коннор! У него того и гляди совсем кукуха слетит!