– Мой амулет, кому хочу, тому и отдаю, – сердито ответила Полина и повернулась к Антону, который поднёс коготь к самому её лицу.
– Видишь, ничего! Никаких следов крови! Если бы я распорол Заячьей губе горло амулетом, на нём осталась бы кровь!
– Как будто ты его снегом не мог оттереть, – подал голос Рома, всё ещё не поворачиваясь.
– Надо отнести его в милицию, там проведут экспертизу и увидят, была ли на когте кровь, – вставила Ника.
– Я не пойду в милицию! – Антон даже отшатнулся от неё.
– Почему, если ты не виноват? Тихонов вроде хороший следователь, он не станет тебя сажать, попытается докопаться до истины.
– Если я расскажу про Заячью губу в милиции, они узнают про моего папу. Что он замешан в чём-то незаконном, – тихо проговорил он, с болью глядя на девочек. – И его посадят. А тогда нашей семье точно конец.
– Значит, мы никуда не идём и никому ничего не говорим? – спросила Ника, чувствуя, как внутри неё что-то проваливается в глубокую бездну.
– Выходит так! Как те три обезьянки, на! «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу» [1]! – Бяша, дурачась, закрыл ладонями сначала глаза, потом уши, затем рот.
– Ты, братан, по развитию точно недалеко от обезьяны ушёл, – Ромка пихнул его локтем. – Где там твой дом, очкарик, а то мы скоро околеем от холода!
– Уже близко, – голос Антона звучал невыразительно и совсем тихо, лицо его было бледным и не выражало никаких эмоций. Полина, такая же бледная, молча взяла его за руку, а Ника подумала, что так, наверное, чувствуют себя люди, впервые преступившие закон. Она с детства мечтала ловить преступников, распутывать самые сложные головоломки и стоять на страже порядка, а теперь она вместе с Полиной и хулиганами покрывает возможного убийцу. И даже если Антон невиновен, то кто-то же перерезал горло Заячьей губе! И милиция не сможет поймать этого человека по горячим следам, потому что никто не сообщит о нём, а тело могут найти нескоро.
Человека. Человека ли? Ведь горло было не перерезано, а разорвано или перегрызено.
Ника содрогнулась от этих мыслей, но тут перед ними показалась тёмная громада дома Петровых, и она встряхнула головой. Так или иначе, а ситуация скоро разрешится – Антон расскажет им правду, и все вместе они решат, что делать с этой правдой дальше.
***
Дом встретил нежданных гостей темнотой и тишиной. Антон, осторожно заглянув за угол, осмотрев коридор и прислушавшись, шёпотом сообщил, что его мама в комнате родителей, а Оля у себя, и обе они либо спят, либо читают книжки. Как-то само собой получилось, что Антон не собирался знакомить родных со своими друзьями, и вся компания, тщательно вытерев ноги о половичок, на цыпочках поднялась наверх, стараясь произвести как можно меньше шума и шикая друг на друга. Антон задержался, чтобы снять куртку и переобуться, заглянул к матери, которая, видимо, всё же не спала, и сказал, что пришёл из школы, но есть сейчас не будет, потому что ему надо делать уроки – по математике много задали. Это было совершеннейшей неправдой, потому что по математике была контрольная, а учительница была хоть и строгая, но всё же не из той породы бессовестных учителей, которые задают домашку после контрольной. Но мама Антона ему поверила, и он, поднявшись вслед за остальными, плотно затворил дверь в свою комнату.
– Шикарно живёшь, на! – высказался Бяша, оглядевшись по сторонам.
Комната действительно была опрятная, светлая и чистая, хотя из мебели в ней стояли только кровать с тумбочкой и стол со стулом, над ними висела полка с книгами. По стенам были развешаны рисунки, видимо, авторства самого Антона, на столе лежала стопка книжек, с полки на гостей смотрели игрушечный динозавр и робот-трансформер.
– Ну вы тут располагайтесь, – неуверенно предложил хозяин комнаты, сбрасывая рюкзак около стола. – Только ведите себя тихо, а то Оля прибежит, а ей совсем не надо это знать.
Ромка и Бяша без лишних церемоний плюхнулись на кровать, Полина присела на стул, Ника встала возле окна. Сам Антон примостился на краю стола, осмотрел ребят и откашлялся.
– Ну... В общем... Наверное, надо начать с самого начала. В последний день каникул к нам пришёл Тихонов, расспрашивал про пропавшего Вову Матюхина, показывал фотографию. Наверное, он всех в посёлке опрашивал.
– Он ко всем приходил, – подтвердил Ромка. – Только ничего ему разнюхать не удалось.
– Потом я... – Антон замялся. – Знаю, это прозвучит глупо, но я сам захотел разыскать Вову. Пошёл в лес и увидел там на ветке варежку. Тогда мне показалось... показалось, что с неё течёт кровь, но когда я принёс её домой, оказалось, что это просто растаявший снег.
– И часто тебе такое кажется? – нахмурилась Полина.