Вспомнив этот разговор, Антон улыбнулся, ощутив, как тепло и спокойно становится на душе. Солнечная Полина всегда могла рассеять мглу, окутывавшую его сознание, осветить ясным лучом, вывести из темноты, в которой он блуждал. Вслед за этим Антону вспомнился ещё один разговор, уже чужой, который он подслушал вчера вечером, готовясь ко сну. Оля уже лежала в своей кровати, а родители тихо переговаривались у себя в комнате.
– Ты ведь не видел его своими глазами? Не видел? – дрожащим голосом допытывалась мать.
– Нет, не видел, – размеренно отвечал ей отец, – но я слышал, как его описывают. Мужчина средних лет, с рассечённой губой, был одет в кожаную куртку. Это он, я уверен!
– И ты говоришь, его загрызли звери?
– Не я говорю, а весь посёлок. Волки или бездомные собаки, причём одну из них он, возможно, подстрелил – говорят, при нём нашли пистолет. Только ему это не помогло... Успокойся, Карина, теперь нам ничего не угрожает. Заячья губа мёртв, и вряд ли кто-то поедет в забытый Богом посёлок, чтобы завершить его дело. Я знаю эту породу людей: они наверняка уже перегрызлись между собой, на верхушке теперь кто-то новый, и никому нет дела до скромного бухгалтера, уехавшего в неизвестном направлении. Они нас не найдут, Карина, будь уверена.
– Бездомные собаки! – плачущим голосом произнесла мать. – Если они напали на взрослого человека, то страшно подумать, что они сделают с ребёнком! А Антон каждое утро ходит в школу через этот проклятый лес! Ты не мог бы подвозить его на машине?
– Я предлагал ему, но он отказался – предпочитает идти пешком до другого конца посёлка, встречать там одноклассницу и героически провожать её через лес до школы, – судя по голосу, отец улыбался. – Видишь, наш сын взрослеет, им уже интересуются девочки.
– Хоть бы раз увидеть эту девочку, а то Антон ничего не рассказывает, – мать шумно высморкалась, и Антон испытал угрызения совести из-за того, что приводил друзей в дом тайком. Он понимал, что гораздо безопаснее было бы доезжать с отцом до дома Полины, забирать её и всем вместе ехать в школу, но рядом с отцом они оба бы страшно смущались и не смогли бы разговаривать так свободно, как на тропинке в пропахшем морозной свежестью лесу. Надо бы познакомить маму и папу с Полиной, да и Нику тоже можно привести, а вот Ромку и Бяшу лучше держать подальше от их глаз. Не ровен час родители подумают, что их сын пошёл по стопам отца и связался с малолетними бандитами!
– Ах, Боря, разве мы плохо жили? – голос матери стал совсем жалобным. – Зачем, ну зачем ты связался с этими людьми?
– Ты же знаешь, я хотел лучшей жизни для всех вас. Для тебя, Антона и Оли. Ну-ну, успокойся, Карина, не надо плакать, – Антон живо представил, как родители сидят на краю кровати, и папа обнимает маму, а она качает головой и платком вытирает слёзы. От этой картины у него самого защипало в глазах, и он быстро лёг в постель, укрывшись одеялом с головой, чтобы приглушить посторонние звуки.
– Дай-то бог, чтобы всё закончилось – и эти исчезновения детей, и чтобы нас больше никто не преследовал, – издалека донёсся до него голос матери.
Несмотря на слова Полины, Антон не особо доверял Ромке Пятифанову, поэтому собрался с духом и, на перемене подойдя к стоящим у окна хулиганам, без обиняков сказал:
– Если вы собираетесь сегодня идти расспрашивать бабу Тамару, то я с вами.
– Это ещё с чего? – прищурился Ромка. – Думаешь, мы без тебя не справимся?
– Я... – Антон осёкся. На самом деле он подозревал, что неразлучные друзья вовсе не станут разыскивать старуху, а потом либо скажут, что не смогли её найти, либо наврут с три короба, выдав собственные слова за показания алкоголички. И, следуя принципу «Хочешь сделать что-то хорошо – сделай это сам», он решил проконтролировать хулиганов. Но выразить недоверие Ромке означало бы смертельно его обидеть и снова превратить недавнего товарища во врага, поэтому требовалось быть хитрее.
– Я должен знать, с чем имею дело, – твёрдо заявил Антон. – Слышать из первых уст, какой он – Хозяин леса, и чего от него ждать. Нам, скорее всего, – он сглотнул, – рано или поздно придётся столкнуться с ним в открытую, как тем ребятам из «Оно» с Пеннивайзом. А у меня Оля... и Полина, – добавил он после мига раздумий, глядя прямо в глаза Ромке. – Я должен их защитить.
– А ты у нас герой, на! – не то подколол его, не то искренне восхитился Бяша.
– Ладно, чёрт с тобой, – Пятифанов махнул рукой. – Больше народу – меньше опасности. Только учти: мы собрались с последнего урока свалить. Музыка всё равно никому, кроме нашей первой скрипки, не нужна. Ну и Стрелецкой, но та вообще на учёбе сдвинутая. Так что сваливаем с музыки и идём на кладбище, понял?