– Оль, это хорошая идея, – заговорил Антон, пытаясь звучать как можно более ободряюще. – Правда хорошая. Но очень опасная. Понимаешь, сейчас звери и Хозяин леса не ждут от нас подвоха. Да, они наверняка следили за нами, видели, что мы ходили на кладбище и в больницу, к Нестеровым и к Полине, в библиотеку, поняли, что мы пытаемся что-то выяснить. Но пока что мы для них не опасны, они не слышали наших обсуждений, не видели записей в тетрадях, – «если звери не могут залезать в наши головы и читать мысли», подумал он и содрогнулся. – А вот если они узнают, что мы пытаемся вернуть обращённых детей...
Антон немного помолчал и продолжил, уже не столько обращаясь к сестре, сколько рассуждая вслух.
– Сейчас для нас главное что? Выяснить, кто этот человек, пахнущий дешёвым одеколоном, который похитил Катю. Наверное, он и есть владелец Чёрного Гаража. И он помогает Хозяину леса, служит ему, поклоняется... я не знаю. И ещё надо выяснить, кто такая Алиса. Я сердцем чувствую, она не такая, как другие звери. Они все будто куклы, а она живая. Хотел бы я узнать, что у неё под маской!
Он снова ненадолго замолчал, а потом глубоко вдохнул и закончил:
– А потом мы примем решающий бой. Рано или поздно придётся выйти со зверями раз на раз, – вырвалось у него выражение, более свойственное Ромке или Бяше. – И это должно случиться до конца зимы. Послезавтра уже февраль, а значит, скоро они опять залягут в спячку.
– А может, пусть залягут? – совсем тихо и робко спросила Оля, закрывая ящик и снова подходя к брату. – Если они просыпаются каждые тридцать лет, то к тому времени, как они снова проснутся, мы уже станем взрослыми и уедем отсюда.
– Нельзя, – Антон покачал головой, снова ощутив в себе ту небывалую решимость, которую разбудил в нём поцелуй Полины. – Мы слишком много всего узнали, слишком близко подобрались. Отступать поздно. Если спустя тридцать лет я прочитаю в газете, что в маленьком таёжном посёлке снова пропадают дети, я себе не прощу.
Он взглянул на испуганное личико сестры и постарался говорить как можно более уверенно.
– Но их можно убить, это точно! Заячья губа за всю жизнь хоть одно хорошее дело сделал: подстрелил Сову. Может, поэтому она больше и не прилетает к тебе на окно, – Оля снова поёжилась. – А значит, их можно застрелить, даже не серебряными пулями.
– Но у тебя же нет оружия! – зелёные глаза Оли вдруг вспыхнули. – Ой, ты же не будешь брать папин пистолет? У него есть, я знаю, я как-то зашла на кухню, а он его чистил. Он сказал, это чтобы защищаться от плохих людей. Но тебе нельзя его брать, это для взрослых!
– Может, пистолет и не понадобится, – Антон, который сам не раз задумывался об отцовском оружии, закусил губу. – Может, огнём обойдёмся. Помнишь, что было в записке? «Страх шлёт пламя для зверей в тайге»! Наверное, Витя Орешкин тоже пытался разгадать их тайну. Он о многом догадался – что они боятся огня, что просыпаются раз в несколько десятков лет. Наверное, он собирался оставить эту записку для других – для тех, кто может стать жертвой Хозяина леса в будущем.
– Для нас? – пискнула Оля.
– Выходит, что для нас. Но он был один и не смог воспротивиться зову Хозяина. А нас много, мы победим! – Антон решительно вскинул кулак, стараясь не замечать слёз в широко раскрытых глазах сестры. – Весь лес спалим, если понадобится!
– Ох, Антоша! – Оля прижалась к нему и уткнулась лицом в грудь. – Ты такой смелый! А мне очень страшно! Антоша, пожалуйста, пообещай, что всё будет хорошо! Ты же не позволишь зверям меня украсть, правда? Вы с ребятами всех победите и расколдуете, да?
– Клянусь... – у него едва не сорвалось с губ «клянусь маминым сердцем», но он вовремя одёрнул себя. – Клянусь, – повторил он, обнимая сестру. – Всё будет хорошо. А теперь ложись спать и не бойся, никакая Сова к тебе на окно не прилетит.
Всё воскресенье Антон через силу делал уроки, то и дело прерываясь, чтобы обдумать идею Оли, и с каждым разом она казалась ему всё менее безумной. Разумеется, было очень рискованно выходить навстречу зверям и напрямик расспрашивать их о судьбе пропавших детей, но ведь в ту ночь, когда Антон танцевал со зверями, он уже пытался что-то разузнать – и с ним ничего не случилось! В нём откуда-то теплилась необъяснимая уверенность, что звери не причинят вреда ему или Нике. Им нужен Зайчик и нужна Куница, поэтому они не растерзают гостей за их вопросы. А если они и попробуют что-нибудь сделать – у Антона есть огонь! Он уже утащил с кухни коробок спичек, благо их там было с запасом, и спрятал в своём ящике, а также намеревался попросить у Ромы и Бяши зажигалку. Если они с Никой будут защищены огнём, то смогут дать зверям отпор!