– Как всё прошло? – Оля, сгорая от нетерпения, устроилась на стуле. – У вас получилось расколдовать детей?
– Не особо, – признался Антон. Морщась от боли в горле, он рассказал сестре историю их с Никой ночных похождений. Оля краснела, бледнела, всплёскивала руками, точь-в-точь как мать, ахала и охала, а под конец и вовсе притихла, хмуря светлые бровки и сосредоточенно размышляя.
– То есть ты думаешь, что Алиса – это пропавшая девочка Лиза? – спросила она, когда Антон закончил и наградил себя большим глотком чая.
– Думаю, да, – ответил он. – И наша теория, что звери – это пропавшие дети, подтверждается. Медвежутка, увидев перстень, словно на мгновение стал Семёном... Если, конечно, он не решил так меня разыграть. Но почему тогда сразу после этого Хозяин леса заиграл на флейте? Он как будто хотел остановить меня и Нику! Значит, мы близки к правде! – он сжал виски и поморщился – голова начала побаливать от умственных усилий. – А ещё мы теперь знаем, что главное оружие Хозяина – флейта. Но плохо то, что и он теперь знает, что мы подобрались совсем близко...
Оля побледнела и открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут дверь отворилась, и в комнату вошла Карина.
– Ох, ну что за непоседа! – вздохнула она, увидев дочь. – Антон болен, дай ему спокойно полежать! А лучше вообще не заходи к нему – ты можешь заразиться.
– Правда, Оль, посиди пока у себя, – он вымученно улыбнулся. – Может, завтра мне уже станет лучше, и я нарисую тебе динозаврика.
Оля поджала губы и с обиженным видом вышла из комнаты, Антон же обессиленно уронил голову на подушку и закрыл глаза, искренне надеясь, что ему не приснятся кошмары после всего, что произошло этой ночью.
***
Полина Морозова места не находила от беспокойства. Она винила себя за то, что согласилась отпустить Антона и Нику в лес, но в то же время понимала, что ничем не смогла бы им помешать. Не запрёт же она их в подвале своего дома, в самом деле! Пойти с ними тоже было невозможно – Полина никогда не считала себя трусихой, но от одной мысли о том, чтобы шагнуть в темноту ночного леса, вдохнуть ледяной воздух, от которого сразу колет тысячей мелких иголочек в носу и горле, прислушаться к музыке леса, к скрипу ветвей, завыванию ветра, протяжному уханью филина и далёкому вою собак или волков, у неё перехватывало дыхание, а колени начинали мелко дрожать. Да и не звал её никто в лес, ей не приносили маску, она не меченая, как говорит дедушка. В лесу её просто растерзают!
Весь день Полина занималась обычными домашними делами, учила уроки, играла на скрипке, но мысли её были далеко, метались между храброй Никой, готовой на всё ради раскрытия дела, и отчаянным Антоном, решившимся на такой шаг ради своей маленькой сестрёнки. Что будет, если звери на самом деле духи леса, а никакие не пропавшие дети? Если они растерзают Антона и Нику? Если те сами превратятся в зверей? С такими тревожными мыслями она легла спать, но уснуть не смогла и провела бессонную ночь, ворочаясь с боку на бок и мучаясь от собственных переживаний. Джоанна, которая обычно по ночам сворачивалась клубком под боком у хозяйки, утешая её боль и страх, похоже, обиделась из-за Антона и предпочла почивать в своей корзинке.
Утром Полина встала невыспавшаяся и измотанная, с кругами под глазами. Не испытывая ни малейшего аппетита, вяло прожевала бутерброд с колбасой, запила холодным чаем и засобиралась в школу. Дедушка, которому передалось её волнение, скрипел коляской, ворчал что-то себе под нос, допытывался, почему она такая бледная, но Полина отмахнулась и побыстрее выскочила за дверь. После историй с Антоном и Никой между ней и Харитоном порвалась невидимая нить, раньше так прочно связывавшая их. Дедушка уже не был её лучшим другом, которому можно было поведать любую тайну, – нет, теперь он стал ворчливым и недоверчивым, часто бросал на внучку подозрительные взгляды исподлобья, да и разговаривать они стали гораздо меньше. Полина искренне сожалела об этом, но не знала, как вернуть всё назад. Пока дедушка не примет Антона и Нику, не может и речи быть о том, чтобы помириться с ним!
В школу Полина неслась бегом, так что даже не успела испугаться надвинувшегося на неё леса, через который проходила дорога. Антон не встретил её, чтобы проводить, и это ужасно пугало. Что с ним сделали звери этой ночью? Придёт ли он в школу? И если придёт – будет ли это прежний Антон Петров, тот тихий задумчивый мальчик, которого она полюбила, мальчик со звуком блюзовой импровизации, с волшебным талантом к рисованию и сталью, иногда сверкавшей в глубине светло-зелёных глаз?
Антон до начала урока так и не появился, и Полина вся извелась, вертясь на своём месте и оглядывая класс. Бяша и Ромка сидели, как обычно, на задних партах, о чём-то переговариваясь. Пятифанов избегал её взгляда, его друг посмотрел на Полину и, виновато улыбнувшись, пожал плечами, словно прося прощения за поведение Ромки. Ника появилась перед самым звонком, тоже бледная и с кругами под глазами, короткие волосы её стояли торчком. Полина при виде подруги испытала такое облегчение, что её всю охватила ужасная слабость.