В любом случае всё это я буду делать уже после того, как подниму ранг, а до этого надо закончить с узлами, которые уже имеются. Даже на то, чтобы просто развить медиаторы и колодец, уйдёт недели три. Без развития, только на формирование. А дальше цифры будут только расти.
За медитацией прошёл остаток ночи. Через открытое окно до меня донёсся голос Игоря. Нет, не так. Приказной ор Игоря, поднимающий своих жертв. Отличное начало дня!
Глава 18
Москва. Поместье князей Шемякиных.
Май 1983 года
— Не могу определиться, я должен быть там или всё же здесь, — признался я.
Игорь гонял по тренировочной площадке людей, то и дело своим командным ором подгоняя нерасторопных. Знаю, сердце старшины было бы счастливо прогнать ребят через полный курс физической подготовки, но у нас не было для этого времени. К сожалению. Я бы тоже с интересом за этим понаблюдал. Опять же, у основного состава вита и титан уже имелись, так что в физических нагрузках нет особого смысла.
— Шевели окорочками, твоё благородие! Чёрт возьми! Ты — самый медленный новобранец на моей памяти! Даже рядовой Зайцев бегал быстрее тебя! А у рядового Зайцева вообще не было ног! Если ты не побежишь быстрее, я загну ноги тебе за шею и завяжу узлом, чтобы мы все посмотрели, как ты бегаешь на руках!
Нет, Игорь вбивал базовые навыки. Как ходить, таская на себе двадцать килограмм снаряжения, как бегать. Как ходить тихо, как бегать тихо. Как дышать после пробежки, чтобы тебя не было слышно на другом конце Москвы. Как хоть и бегать с оружием в руках, не задевая веток, углов, косяков и товарищей, бегущих рядом. Как, не выпуская автомата из рук, запрыгивать на препятствия. Как целиться в движении. Для обычного человека отработка таких навыков — месяцы работы. С вертексом — должны справиться за неделю.
— Новобранец! Какой был приказ⁈ Вынь изо рта херню, которая мешает тебе говорить, и повтори сначала! О, значит, приказ ты слышал! Это плохо, новобранец! Потому что мой хомячок умеет выполнять этот приказ! Ты больше не новобранец! Понижаю тебя до подхомячника!
И Игорь не матерился, хотя я отлично ощущал паузы в речи, откуда были изъяты крепкие выражения. Это не избавило от обидных сравнений и цветастых идиом, дающих оценку физическим и интеллектуальным способностям, но щадило неокрепшую психику, да.
— Расскажи, какие у тебя аргументы, и я скажу что делать, — предложила Юля.
Новгородская, понятно, в этом развлечении не участвовала, но пришла, чтобы поддержать друзей.
— Это разница между лидером и руководителем. Как лидер, я обязан быть там и показывать лучшие результаты. Во-первых, чтобы все видели: я действительно крут и имею право на лидерство. Во-вторых, чтобы все видели: то, что от них требуют, реально. Как руководителю мне там делать нечего. Во-первых, моё участие в действии не предвидится и мои способности на победу никак не повлияют. Во-вторых, руководитель должен не сам работу выполнять, а находить толкового исполнителя. Лидер у нас Паша, ему и надо себя красавцем показывать, — выдал я Юле основные тезисы.
Девушка задумалась ненадолго, после чего кивнула:
— Сиди. Если ты пойдёшь туда, то не пример покажешь, а вызовешь у них чувство собственной неполноценности, пощади психику подопечных.
Хмыкнул:
— Скажи это Славяне.
Девушка занималась отдельно. Пара инструкторов из людей Шемякина обучали Славу обращению с оружием. После мозгового штурма девушке повесили пулемёт и дробовик. Потому что, даже с носимым боекомплектом, такой груз её не особо обременял. И главное — всё в рамках правил. Только предстояло Славе научиться правильно стрелять. Из ручного пулемёта, от плеча и на ходу. Физически она это тянула без проблем, но опыт всё равно нужен.
— Ей можно, — пожала плечами Юля.
— Почему это? — мне стало интересно.
Новгородская снова ненадолго задумалась.
— Понимаешь, она как талисман, — ответила Юля, вызвав у меня ещё больше удивления. — Что? Она милая, но сильная. То есть, наоборот, сильная, но милая. Все знают, что она у нас… — Юля неопределённо повела ладонью в воздухе, но подходящего слова так и не подобрала. — Особенная. Сильная, ловкая, дерётся. Чем она круче, тем вероятнее победа.
Киваю, показывая, что примерно понял концепцию.
— Допустим. А со мной что не так?
Юля на меня покосилась, решая, рассказать или нет. И всё же решилась: