Как вы меня все достали, эх…
Пригласил меня Владимир сразу в свой лимузин, не размениваясь на мелочи. Здесь уже сидела какая-то… девица, скажем так, но ей князь указал на дверь.
— Погуляй пока.
И девушка сразу убралась, не выказав даже тени неудовольствия. Выглядела дама вполне прилично, выходное платье, бижутерия, причёска, но ассоциации вызывала вполне определённые. Мысли свои я оставил при себе, устроившись на диванчике.
— С документами я закончил. Любой, кто сунет любопытный нос в документы команды, сразу наткнётся на мою печать, — похвастался Волконский. — от внутренних интриг лиги вы теперь полностью закрыты.
Владимир посмотрел на меня, ожидая, похоже, благодарности. Однако я что-то причины для радости не видел, мою команду купили фактически за бесценок.
— А сегодня это был последний демарш? — вместо благодарности спросил я.
— Кирилл Демьянович должен лавировать между центрами силы. Вашу обиду он переживёт легко, а вот обиду тех, кто попросил его «забыть» вручить вам медали поимённо… Скажем так, то, что Кирилл Демьянович всё же всех твоих подопечных перечислил, будет стоит ему влияния и поддержки. На него не злись.
Кодла, одно слово.
— К каким-то подводным камням в Петрограде надо готовиться?
Князь отрицательно качает головой.
— Нет, там всё будет нормально. Я хотел поговорить об Уваровой. Не рекомендовал бы брать её помощницей.
Начинается. Так, спокойнее, Дима.
— Есть причины? — не стал я ни отказываться, ни послушно соглашаться.
— Она — полное и абсолютное никто. Этого недостаточно? — прямо выдал своё мнение Владимир.
— Половина моей команды — такое же ничто, светлейший князь.
Волконский поморщился.
— Не пойми неправильно. То, что бойцы в команде из простых — это хорошо, я не против. Однако управляющий состав… Можно подобрать куда лучших людей. Бойцы представляют команду на поле, там никто происхождение не спрашивает. Тренер и помощник тренера — публичные господа. Вам в случае побед получать награды из рук членов семьи Романовых. Как Его Императорское Высочество посмотрит на эту… замарашку?
Хм… Ладно, я понимаю его логику. Я с ним не согласен, не переломится какой-нибудь Романов, повесит и на Уварову красивую медальку, но общая логика Владимира мне понятна. Ему же первому будут пенять, что не смог кого-нибудь родовитого найти, со списком предком на три страницы мелким почерком.
— Говори всем, что она — моя любовница, — пожимаю плечами.
Волконский заинтересовался.
— А она твоя любовница?
Отрицательно качаю головой.
— Нет, но кто будет проверять?
Светлейший князь оценил:
— Забавно. Только это не объясняет, зачем она тебе?
— Именно за тем, зачем нужен помощник тренера. Выполнять функции помощника тренера.
Волконский поморщился.
— Я щёлкну пальцами, и у машины будет стоять сотня претендентов на эту работу.
Теперь поморщился я.
— И половина этих ребят будут третьими, четвёртыми и так далее детишками князей, другая половина — детишками герцогов и иже с ними. Зачем они мне? Сравнивать длину родословных? Мериться количеством имущества наших родов?
Князь покачал головой.
— Они не посмеют.
— Положа руку на сердце, Владимир, должность всем им нужна ради продвижения по карьерной лестнице, или всё же они фанаты своего дела?
Светлейший князь промолчал.
— Об этом я и говорю. Хочешь команду, которая с первого захода пробьётся в чемпионы? Просто не мешай мне.
Волконский наклонил голову, заново меня осматривая.
— Любопытно. В первую нашу встречу ты не был таким наглым. Молодой барон, который в лицо говорит светлейшему князю: не лезь в мои дела.
Киваю.
— Всё верно, ваша светлость, я именно такой.
Князь улыбнулся, открыл встроенный бар, налил два бокала, один протянул мне. Не стану отказываться, а то это уже будет не просто наглость, а прямое оскорбление. Сейчас Волконский может быть полезен, раз он всё равно влез в мои планы, не стоит на ровном месте превращать его во врага. Беру бокал и аккуратно пробую. Виски.
— С командой всё понятно. Что за история с твоей сестрой? — продолжает князь. — Официальная версия указывает на княжну Воронцову, которая сегодня была на трибунах, кстати…
Делаю вид, что мне это безразлично, хотя на самом деле испытываю лёгкое раздражение.
— И тебе стоит уделить ей немного внимания, её семья может быть полезной. И озвучивал официальную версию жандарм максимально скучающим тоном. Есть другая версия, рабочая. Причём, как это бывает в таких случаях, род решил сам разобраться с проблемой. Я ничего не упустил?