Почти минуту Светлейший князь и Маркграф давили друг на друга взглядом. Сдался Шолль.
— Хорошо. Сейчас я не знаю, где находится Ультиматум Танатоса. Но постараюсь выяснить.
— Мы сидеть без дела тоже не будем, — ответил князь.
Мы поднялись на ноги. Шолль протянул мне руку. Подумав немного, я ответил на рукопожатие.
Глава 50
Петроград. Зимний Дворец.
Ноябрь 1983
— Господа офицеры, а также бойцы рядового и сержантского состава, а также вольноопределяющиеся. Вы, каждый из вас, в час, когда долг и дворянская честь призвали вас на защиту отечества, не только отозвались на призыв, но проявили мужество, героизм и отвагу в борьбе с врагами императора и империи. Вероломное восстание получило достойный, сокрушительный удар. Вы вели в бой людей или своим примером вдохновляли братьев по оружию на подвиги. Не просто исполняли свой долг, а сделали гораздо больше! Некоторые из вас совершили невозможное! Одержали победу там, где других ждало только поражение. Вы — герои Российской Империи! Истинные её сыны и защитники!
Речь произносил Борис, один из сыновей императора. Сам император по традиции присутствовал на церемонии, являя собой незыблемую фигуру на троне, символ власти, точку опоры, на которой держится империя со всеми её противоречиями. Нас здесь без малого сотня. Генерал всего один — Дороничев. Только его действия выходят за рамки должностных обязанностей, а Романовы очень не любят награждать людей за работу, которую они и так должны выполнять, особенно когда это касается высших чинов или высшего дворянства. Рядовых — сколько угодно, отвага и героизм в бою уже не один век помогают не только получить орден или медаль, но и стать нобилем, номинальным дворянином. Без магии такое дворянство, конечно, мало что стоит, но младшая аристократия вполне охотно позволяет таким нобилям жениться на младших дочерях, вдовствующие дворянки тоже нередко выбирают героев в мужья. А это билет в жизнь не только для самого героя, но для его семьи и детей.
Рядовых и сержантов в нашем строю почти половина, вид у всех бравый, у многих шрамы. Когда лезешь в героическую атаку получить травму несложно. А у полевых врачей премия за спасение героя. Обычная ситуация, когда первый срывается в атаку, дёргая за собой остальных, и первый ловит пулю, но выживает, потому что санитар спешит к нему. А чтобы остальным не было обидно, после успешной атаки коллектив сам выбирает самого бравого бойца, и командир пишет представление к награждению. Так что каждый успешный бой оставляет двух — трёх героев, там награды помельче, но тоже вполне ощутимые. Ну и по совокупности таких наград вполне можно оказаться здесь. По окончании конфликта собирается статистика, всех награждённых сводят в один список, сортируют по количеству и в нашем случае первые три десятка бойцов получают высшую награду. Арифметика войны. Людей, получивших высшую награду за одно конкретное действие, за один бой, не так уж много. Так что бойцы стоят с многочисленными медалями на форме, и за каждой медалью вполне настоящий подвиг.
Офицерам подвиг свершить уже сложнее, им командовать и в первую очередь возглавлять атаки положено. Награждение идёт по старшинству, так что после Дороничева пошли офицеры, и часто Борис коротко описывал действия, за которые получена награда. Один офицер пережил попадание артиллерийского снаряда, уничтожившего его подчинённых, и в одиночку девять минут удерживал позиции, отбиваясь от двух рот противника. Другой отличился знаниями тактики, силами одной роты устроив ловушку и принудив к капитуляции целый батальон. Третий командовал танковым взводом, оттягивая на себя силы противника, давая своим перегруппироваться. Много разных эпизодов, в некоторые даже не вериться. Да и география весьма обширная, в прямом смысле весь юг полыхал. Среди награждённых есть несколько врачей.
Вольноопределяющихся, аристократов, оказавшихся в зоне боевых действий случайно, не имевших прямого отношения к вооружённым силам, но принявших непосредственное участие в конфликте, было всего четверо в строю. Одна женщина, седой мужчина — явно старше пятидесяти, молодой холеный аристократ и я. До нас дойдут в самом конце.
Мы в Георгиевском зале. Не просто так это место называется. Всё торжественно, много публики, много камер, идёт трансляция в прямой эфир на все императорские каналы. Да и частные наверняка тоже транслируют. Я, правда, не разделяю общую атмосферу. Подленькая мысль, что сами Романовы всё кровопролитие и организовали, не оставляет. Вот они, прямо перед нами. Справа и слева от трона два десятка Князей Императорской Крови. И ведь все — высшие маги. Пожалуй, десятка Романовых вполне хватило бы для подавления восстания. Разрушительной силы хватит, чтобы и армию размотать в мелкую пыль. Да, бомба, сброшенная с самолёта, или удачный артиллерийский снаряд — такое и высшего мага может пронять. У живучести и регенерации есть пределы. А сколько в наше время существует способов сломать или обойти защиту? Десятки? Сотни? Но я вот смог найти и выбить верхушку Халифата. Уверен, могут такое и они. Не хотят.