Меня, естественно, сразу срисовали и зашевелились. Путь мне преградили пятеро аборигенов. Правда, щуплые они какие-то, я, благодаря титану и вите, и повыше, и в плечах пошире, и вообще внушительнее выгляжу.
— Я к Мурату.
— Я тебя не знаю, — ответил тот, что стоял прямо передо мной, на вполне добротном русском.
— Так это ты Мурат?
Мужчина криво улыбнулся.
— Нет. Откуда ты знаешь Мурата? Здесь туристам не место.
Какой-то он непоследовательный. Сначала спрашивает, откуда я знаю местного бугра, потом говорит, что туристам здесь не место.
— Есть дело. Надо кое-что купить. Могу у Мурата, могу у другого. Если Мурат не хочет — я уйду.
Абориген гавкнул что-то на своём, вроде «доложи», но в какой-то совершенно нецензурной форме. Один из парней за его спиной юркнул в дом. Через пару минут на балкон вышел полноватый мужчина, окинул меня взглядом. Явно оценил мою внешность. Гаркнул что-то на своём, я уловил общий смысл, разрешение войти, но это снова был чистой воды мат.
Тем не менее я вскоре оказался в небольшой комнате, колхозно богатой. Ковры, какие-то аляповатые безделушки, оружие на стенах, как холодное, так и автоматы. Мурат восседал на кресле, мне предложил второе. Ещё раз постарался меня оценить уже с ближнего расстояния, сделал какие-то выводы.
— Чай? Кофе?
— Кофе, — киваю.
Чай у местных — полынь-трава и ишачье дерьмо, дрянь редкостная. Когда-то в эпические времена, когда здесь всё было в порядке с природой, был чай и какие-то ещё свои напитки, по описаниям — вполне недурные. Сейчас — лучше не упоминать. Так что травиться чаем не буду. Кофе — да, кофе привозят из мест, где он хорошо рос.
Подождали. Девушка, красивой не назову, но не дурная, принесла поднос с парой чашей и вазой со сладостями. Пригубил напиток. Нда, ошибся, тоже дрянь. Впрочем, я реально надеялся у какого-то мелкого бугра с кривой улицы получить что-то стоящее?
— Я понял, что вы хотите что-то купить, — завёл разговор Мурат.
Он нервничал. Не понимал, кто я, но догадывался, что не какой-то случайный турист.
— Арендовать. Подвал или другое закрытое помещение без окон, только один вход. И чтобы меня внутри никто не тревожил, даже если там будут заживо резать людей. Для начала на неделю.
Глаза моего собеседника блеснули пониманием. Он вряд ли хоть как-то разбирался в магии, но что такое «запрещённые ритуалы» знали даже в самой глухой деревне.
— Вы обратились в нужное место! Будет! Уже сегодня будет отличное место! Никто не потревожит господина!
Если мне что-то не понравится, то в этом отличном месте ты и подохнешь.
Глава 10
Ашхабад. Трущобы.
Сентябрь 1983
За световой день я подготовил арендованный подвал под свои нужды. Не знаю, чем это было раньше, но в моих руках оказались две комнаты по пятнадцать квадратных метров, без окон, даже без вентиляции, с единственным выходом на поверхность. Важный момент — выход отдельный, сразу выводивший на улицу, а не в дом, что был построен над этим бункером. Подвал имел стальную дверь, Мурат заверял, что есть всего два ключа, один у меня и один у него. Я не обольщался, поставил магические замки — остановят всякую шпану, а большего мне и не надо.
В одной комнате была наспех оборудована лежанка, где я мог отоспаться, поставлен простой стол и, собственно, всё. Во второй комнате я подготовил ритуальный круг. Пришлось поломать голову с настройкой, чтобы ритуал не ударил по ощущениям всех магов на расстоянии до сотни километров (по крайней мере, сразу) и не привлёк ко мне ненужного внимания. Начинать стоит именно с этого ритуала, усилить себя, выйти на пик. Мало ли с чем мне здесь предстоит столкнуться, лучше быть во всеоружии. К тому же если злодеи окажутся мне не по зубам и придётся быстро удирать, я не окажусь в глупой ситуации, когда ритуалы, за коими я и приехал, окажутся ещё не закончены.
Ближе к вечеру я выбрался на улицу и приманил едой птиц. Попались тройка голубей и две вороны. Раньше из-за всё тех же поисковых чар я не мог применять половину имеющегося арсенала, но здесь! Здесь другое дело. Тела птиц становились физическим якорем, точкой концентрации, на которой держалось всё остальное. Да, я создавал одержимых демонами птиц, но не ограничивался одной только одержимостью. На тушки легли целые массивы заклинаний, источающие демоническую силу. Сильный маг наверняка сможет заметить странность этих птичек издалека, а поймав ужаснуться. Не принято в это время использовать такую магию, и так заигрывать с демонологией. Магия Вайорики в сравнении с этим — детский лепет.