Владимир кивнул:
— Верно. Дима провернул небольшой самообман. В его мироощущении самые близкие люди — это боевые товарищи. Спросите любого ветерана, он вам скажет то же самое. Никто так не понимает ветерана, как другой ветеран. Семья, жена, дети, родители, никто из них не поймёт, что такое война, каково каждый день ходить под пулями, как это — хоронить товарищей. И он сделал вас своими боевыми товарищами. Только вам всем ещё надо опыта набраться, чтобы встать с ним плечом к плечу.
Князь точно знал, что говорил. Он трёх специалистов привлёк, чтобы разобраться в психологии Мартена и точно понимать, с кем имеет дело. Дмитрий был личностью устойчивой. Даже смерть всех товарищей его не сломит. Обозлит и сделает склонным к радикальным решениям — да, но не сломит. Владимир решил, что адекватный и способный к компромиссам Дима ему нравится куда больше прущего напролом к своей цели Куницы.
Народ задумался. Князь легко мог предположить, что все присутствующие вспоминают моменты общения с Димой и переосмысливают, пользуясь новой информацией. Ожидаемо. А ещё, даже если Владимир ошибся в своей оценке, никто ничего Диме не расскажет, придерживаясь авторитетной версии.
Заработал артефакт, отвлекая всё внимание на себя.
— Очистите место, — потребовал князь.
В общем-то, центр кабинета занимали Слава, и требование было обращено конкретно к ней. Девушка не стала акцентировать на этом моменте внимания, отходя в сторону. Артефакт замерцал, формируя комплекс заклинаний, половина которых отвечала за защиту. Этот разговор князь желал сохранить в тайне, прибегая в достижении цели ко всем доступным возможностям.
Появился прозрачный силуэт Дмитрия. Форма колониальных войск, целая, хотя и местами в грязи. Парень стоял, окружающей обстановки магическая связь не давала. На лице Мартена играла спокойная улыбка.
«Все собрались? — он окинул взглядом кабинет. — Слава, — девушка получила отдельную улыбку, нежную, отчего слегка смутилась. — Господа и дамы. Вайорика не гарантирует долгой и стабильной связи, поэтому сразу к делу. Готовы?»
— Да, Дмитрий, — подтвердил за всех Владимир. — Мы тебя слушаем.
«Мятеж готовили как минимум четыре года, вероятно, дольше. Охват — от южной Африки и полуострова Малой Азии до Тибета. Главные организаторы — спецслужбы Российской Империи и, тайно, Хасаниды».
Волконский вскочил.
— Подожди! Ты уверен?
«Абсолютно. Кто-то в Петрограде позволил колониям завести свою армию и органы самоуправления, фактически создавая готовый государственный аппарат будущего мятежа. Подготовил производства, чтобы у мятежников было оружие для борьбы в долгосрочной перспективе. И внёс некоторую сумятицу в действия колониальных сил, чтобы мятеж не подавили сразу, — уверенно перечислял Дмитрий. — Зачем — выяснять тебе, Владимир. Если в Бородинском клубе…»
— Ничего такого не ожидали, это точно, — кивнул князь. — Но уже пользуются случившимся для усиления своих позиций.
«Ожидаемо, — вздохнул Мартен. — У меня всего одно имя. Граф Алексеев, один из исполнителей. Попробуй раскрутить эту ниточку».
Князь кивнул.
— Понял. Поставка промышленного оборудования — это сильно. Если ресурсодобывающее и обрабатывающее ещё как-то можно обыграть, то передача станочного парка — серьёзное преступление, — ухватил мысль Владимир. — И кое-кому в Бородинском клубе будет интересно узнать о командирах, что играют на две стороны.
«Советую подкинуть информацию и пацифистам. В данном случае и теми и другими играют втёмную. О внутренних противоречиях можно и договориться или отложить на время».
Князь удивился, но признал, что мысль весьма здравая.
— Думаешь, это план императора? — спросил Вицлав.
«Не знаю, — признал Дима. — Но не удивлюсь. Правда, совершенно не понимаю мотивации и целей».
— А что с Хасанидами? — спросил Шемякин.
«А ничего, — пожал плечами Дмитрий. — Я точно знаю, что они замешаны. Одного даже поймал и убил. Но получить от них информацию практически невозможно, так что у нас только сам факт их участия».
— Планы? — лаконично спросила Ядвига.
«Сейчас мы летим в гости к лидерам мятежа. Из-за фальстарта нормальную структуру и иерархию управления ещё не выстроили. Обезглавь змею — и мятеж посыплется. Это мы и сделаем. Затем отправимся на восток, уничтожить место производства наркотика. Через несколько дней будем дома».
Дима весело ухмыльнулся. Похоже, хотел всех успокоить.
— Справитесь? — спросила Слава.
«Если бы не был уверен — не полетел бы, — уверенно кивнул Мартен. — Ударим и сразу уйдём. Даже если не прикончим всех — их игрушечный Халифат начнёт трещать по швам».