Крылья раскрылись, показывая молодого мужчину.
— Знакомый облик? — с улыбкой спросил демон.
Увидев лицо, Волконский удивился.
— Назови имя! — потребовала Ольга.
Максим нахмурился, отвернувшись в сторону.
— Виктор Романов, — сказал Волконский.
Князь дёрнул головой и снова сосредоточился на демона.
— Назови имя!
Демон сложил крылья и через пару секунд раскрыл снова, показав уже другого человека.
— Может быть, тебя больше устроит это? Как соблазнительно промолчать и оставить всё так? Да?
Демон смотрел на Максима лицом Анастасии Романовой.
— О чём он? — спросила Ольга.
— Позже. Демон! Имя! Произнеси его!
Искушение рассмеялся, но всё же заговорил.
— Маг из древнего рода Романовых. Виктор. Ты правильно узнал, князь.
Максим кивнул.
— Всё! У нас есть имя! Отправьте эту тварь обратно!
Все четверо сосредоточились на свитках.
— А как соблазнительно спросить у меня ещё что-нибудь, — заговорил демон. — Я знаю много секретов. Много чужих тайн. Только пожелайте.
Но маги его не слушали. Свитки вспыхнули. Цепи натянулись и затянули демона обратно в провал. Ещё несколько секунд пентаграмма пылала заёмной силой, а затем резко потухла. Переход был настолько внезапным, что маги замешкались. Только что ритуальный зал дрожал от чуждой миру энергии, неясные тени, голоса, блики света. А сейчас тишина и темнота. Хлоя сплюнула кровь на пол и вытерла рукавом губы.
— Неплохо. Даже никто не умер. Я считаю — это успех.
Ольга стряхнула оцепенение и уставилась на Максима.
— О чём он говорил?
— Облик, Ольга, — Максим улыбнулся. — Он мог показать любой облик. Не мог нас просто обмануть, но если бы я… соблазнился его предложением, он бы назвал ту, кого я ждал увидеть. Мы считали, что за нападением стоит принцесса Анастасия.
— Но вы ошиблись? — спросила Кэтино.
Волконский кивнул.
— Да. Её брат, Виктор.
— Это что-то меняет? — спросила грузинка.
Максим махнул рукой в сторону выхода.
— Давайте уберёмся отсюда. Воздух спёртый. Может, лучше обсудим всё за чашечкой кофе? Или бокалом вина?
Тихомирова посмотрела на Хлою.
— Убери здесь всё.
Ведьма вздохнула, оглядываясь.
— Как скажете. Всё будет сделано.
Маги поднялись на первый этаж и заняли небольшую столовую. Максим предпочёл кофе, Михаил выбрал чай, девушки остановили выбор на вине. Поставив турку на огонь, Максим обратился к Ольге.
— Разреши вопрос, Оль. Дмитрий не убивал Бориса. Выбросил в воду и оставил плавать, но не убивал. Что с ним случилось?
Ольга сделала глоток вина и, глядя в стол, ответила:
— Покончил с собой. Из воды его вытащили, оказали первую помощь. Даже смогли справиться с воздействием двух демонов. Искушения и какой-то твари, напугавшей Бориса до икоты.
Максим кивнул:
— Пугающий. Карманный друг Дмитрия.
— Когда Борис пришёл в себя, был молчалив, но адекватен. Его посадили под домашний арест, всё же за обращение к демонам в центре Петрограда нас в самом лучшем случае ждал конский штраф. Пока мы утрясали дело, чтобы Борис проходил потерпевшим, а не виновным… Он умер.
Волконский удивился от резкой концовки.
— Что значит: умер?
— Умер, — повторила Ольга. — И нет, это не мы его удавили, чтобы смягчить наказание. Экспертная группа признала, что его взяли под контроль, и единственная его вина — недостаточно прилежно учился, оказавшись в нужный момент вообще без защиты. И убил его не демон. Магический яд. Вскрытие показало — его отравили вместе с передачей клинка. Тот, кто это организовал, озаботился смертью исполнителя.
Когда Ольга замолчала, Кэтино перевела взгляд на Волконского.
— Князь. Что там с принцем и принцессой?
Максим кивнул.
— Да. Как я и сказал, мы подозревали принцессу Анастасию. Принц Виктор, Сибирский Волкодав.
Волконский перелил кофе в чашку. Переместившись за стол, он сел и обвёл всех взглядом.
— В семье Романовых есть правило. Если ты взялся за дело — доводи его до конца. За провал или успех нести ответственность будешь только ты сам. Анастасия не могла попросить помощи, даже у брата. Она бы сделала всё сама. Раз за Искушением стоит Виктор — это какая-то его партия, не связанная напрямую с принцессой.
— А они оба не могут работать над одним заданием? — спросила Кэтино.
Максим пожал плечами.
— Могут, хотя такое редкость. В общем, у меня больше вопросов, чем ответов.
— Имя нам известно, это главное. Теперь будем думать, что нам это имя даёт, — заключила Тихомирова.
— Отдохнём здесь. А утром вернёмся в Тбилиси, — предложил Волконский.