Возражений не последовало.
Глава 18
Остров Кюсю. Кумамото
Январь 1984 года
Автомобиль свернул на парковку и подъехал к самому входу. Не дожидаясь прислуги, генерал-губернатор вышел из машины, поправляя костюм. Огляделся. К Мартену подошёл, встречающий его, подполковник Дубров.
— Ваша Светлость, — приветствовал офицер. — Что-то не так?
— Нет, всё в порядке, к сожалению, — ответил Дмитрий.
— К сожалению? — не понял подполковник.
— Я бы лучше ещё повстанцами повоевал, чем это. Но ничего не поделаешь. Ведите, подполковник.
Дубров понимающе улыбнулся, но быстро спрятал улыбку за нейтральным выражением, и жестом пригласил следовать за ним.
— Это место и раньше использовалось для подобных встреч? — спросил Мартен, едва они попали в холл ресторана.
— Да, — подтвердил подполковник. — Ничего лучше не нашлось. Почти все замки и дворцы были уничтожены во время завоевания. А те немногие, что остались, не особо подходят для светских приёмов.
Стоило пройти ещё одни двери, и Дмитрий оказался в относительно небольшом зале, где собралось несколько десятков японцев, разодетых в подчёркнуто европейском стиле. Окинув их взглядом, Дмитрий хмыкнул.
— В моём маленьком поместье есть залы побольше. Что ж, за неимением гербовой…
От местных дворян к генерал-губернатору вышел худощавый немолодой японец и, коротко поклонившись, опять же, на европейский манер, затараторил выученную речь. Дмитрий прерывать его не стал, однако речь не слушал, больше внимания уделяя собравшейся публике. Большинство — мужчины. Женщин всего десяток, все — молодые. И если мужчины носили костюмы по Петроградской моде, платья женщин были, скорее, смесью традиций. Общий крой напоминал то, что Дмитрий видел в Москве и Петрограде, а вот выбор цветов и вышивки — местные мотивы. Практически все платья облегающие, девушки явно желали подчеркнуть свою стройность, при этом не допуская оголённых плеч и привычных европейцу декольте.
Дождавшись окончания речи, Дмитрий благосклонно кивнул и, проигнорировав официанта, принёсшего напитки, громко объявил.
— Плохо, господа.
Гости напряглись. Напряжение красочно отображалось даже на их не слишком эмоциональных, для европейца, лицах. Дмитрий пошёл прямо сквозь толпу гостей, те расступались, предоставляя коридор.
— От вас и так не ожидали многого, но вы продемонстрировали полную, абсолютную некомпетентность. Население острова либо вообще ни во что вас не ставит, либо некоторые из вас не так верны Его Императорскому Величеству, как хотят показать. В моих глазах разницы никакой, вы не справились со своей ролью в любом случае. Откровенно говоря, единственное, что вас спасает — вас некем заменить. Пока что.
Дмитрий остановился в центре, заглядывая в глаза каждому.
— Почти у всех в глазах я вижу страх. Но у некоторых… — Мартен остановил взгляд на одном мужчине.
Но тот продолжал стоять, твёрдо глядя в глаза генерал-губернатору.
— Я вижу вызов.
Дубров среагировал незамедлительно. Несколько офицеров быстро оказались рядом с японцем.
— Что же. Пусть теперь дознавателям рассказывает, что значил его дерзкий взгляд. А что касается вас, господа. И дамы.
Дмитрий скользнул взглядом по девушкам. Те мгновенно изобразили кротость и послушание.
— В ближайшее время у вас будет возможность доказать свою беспредельную преданность Его Императорскому Величеству. Либо продемонстрировать стойкость и мужество в отстаивании национальных интересов угнетённого японского народа. Одно точно — в стороне остаться не получится.
Мартен развернулся к выходу и на ходу заговорил.
— Через несколько дней колониальное правительство издаст эдикт о запрете рыбной ловли без особого разрешения. Любая посудина, вышедшая в море без упомянутого разрешения и задержанная патрулём, будет потоплена вместе с экипажем без всяких разбирательств. У вас время, чтобы придумать, как избежать продовольственного коллапса. Или поднять восстание и устроить кровавую резню. Меня устроят оба варианта. Приятно оставаться.
Дворяне взорвались возмущением и недоумением. В спину Мартена посыпались возгласы и вопросы, но тот не слушал. Генерал-губернатор вместе с подполковником Дубровым покинули зал. Вдвоём они вышли на улицу и сели в ожидавший автомобиль.
Уже находясь в салоне, Дмитрий улыбнулся.
— Даже немного жаль, что своими глазами не могу сейчас наблюдать, как они бегают. Никогда не замечал за собой садистских наклонностей, но в этот раз прямо удовольствие получил.