— Кого вы подозревали? — спросил Вицлав.
Владимир помолчал немного, глядя на поляка, а затем ответил:
— Принцессу Анастасию Романову.
— Девушка на похоронах, — вспомнила Ядвига. — Кочакидзе, верно?
Волконский кивнул:
— Кэтино, да. Мой брат вместе с Мишей, Ольгой и ведьмой отправился к госпоже Кочакидзе, чтобы попросить об услуге. И Кэтино не отказала. Они забрались в защищённое место и провели ритуал, насколько мне известно.
Слава вопросительно подняла бровь.
— Что это значит?
— Это значит, что после проведения ритуала они столкнулись с отрядом СКАП. Охотников за демонами послали, чтобы убить их.
— Подождите! — поднял руку Вицлав. — Охотников за демонами послали убивать? Я чего-то не улавливаю?
Волконский кивнул.
— Возможно, в польских землях несколько иная специфика, в том числе касающаяся демоноборцев. СКАП — не полицейская служба, а силовая. Когда кого-то подозревают в призыве демона, или в том, что убийство совершено одержимым, на такие случаи есть специальный отдел жандармерии. СКАП вызывают, когда случается прорыв демонов и нужны армейские подразделения. Найти и уничтожить одержимых и вырвавшихся тварей, — ответил Волконский. — Сотрудники — люди без способностей. Специальная подготовка позволяет получить некоторую защиту от демонического воздействия. А отсутствие магии компенсируется прекрасным снаряжением.
Поляк удивился, а затем прищурился.
— Звучит так, будто их готовят, как охотников на магов.
— В том числе, только на одержимых магов, — подтвердил князь. — Но есть, так сказать, тёмная сторона. Отдельные отряды, даже выведенные из структуры СКАП, подготовленные для проведения карательных операций. Против дворян.
— Байка, — вставила своё слово Слава. — С убийствами лучше справляются убийцы.
Волконский кивнул.
— С убийствами — само собой. И да, существование карателей не подтверждено. Есть несколько случаев смерти дворян, когда на месте появлялись отряды СКАП и утверждали, что уничтожили одержимых. А может быть, Романовы просто устраняют тех, кого хотят устранить, тем инструментом, что лучше всего подходит по ситуации. Сейчас это не имеет значения, господа и дамы. Я пригласил вас, потому что на моего брата напали. И я прошу вас за него вступиться.
— Где они сейчас? — спросила Слава.
— Где-то в горах Грузии, — ответил Владимир, — Я собрал группу из преданных бойцов, но им не хватит ударной силы, чтобы с демоноборцами воевать. Прикрыть вас — да, вполне. Но отряд слишком малочисленный, и если, точнее, когда начнётся бой, мой отряд просто не успеет подавить противника до прибытия подкрепления.
Людмила помассировала переносицу.
— Так. Мы всерьёз собираемся воевать против государственного силового ведомства? — спросила Доброславова. — Или мне показалось?
Князь подтвердил.
— Именно это мы и собираемся делать. К счастью, в случае победы и при отсутствии свидетелей нам ничего не сделают. Достаточно выбраться и показать, что никто из вас не одержим.
— Из нас? — уточнила Люда. — То есть ты не едешь?
— Летишь, — поправил Волконский. — Я предоставлю вам самолёт, это быстрее. А на месте вы прыгните с парашютом. Прыгала когда-нибудь? Интересный опыт.
Доброславова сложила руки в замок, хмуро глядя на князя. Князь со вздохом признал:
— Да, я не лечу. Останусь здесь и сделаю так, что при возвращении к вам не было претензий. Подтяну Бородинский клуб и другие свои связи.
Людмила посмотрела сначала на Славу, затем на Ядвигу и Вицлава.
— У меня почему-то возникло ощущение, что меня то ли обманывают, то ли подставляют.
— Это было неизбежно, рано или поздно, — спокойно пожала плечами Слава. — После того как принцесса напала на меня, вооружённая конфронтация стала лишь вопросом времени.
Ядвига глянула на Кудрявцеву.
— Впечатляющий фатализм.
— Это не фатализм, — отмахнулась Слава. — Мы же готовились именно к этому. Готовились воевать, верно?
— Я не готовилась, — ответила Ядвига. — Воздержусь. Другие дела.
Людмила хмыкнула.
— Снова исчезнешь? В этот раз можешь не возвращаться.
Полька бросила испепеляющий взгляд на Людмилу и, более ничего не говоря, покинула кабинет. Вицлав тоже поднялся.
— Желаю вам успеха, но вынужден отказаться от участия.
И тоже ушёл. Доброславова вздохнула.
— По-хорошему мне бы тоже не следовало влезать в такие сомнительные авантюры. Но, — она посмотрела на Славу, — если туда лезешь ты, придётся и мне.
Слава чуть улыбнулась.
— Спасибо.
— Но я буду ворчать! — предупредила Людмила. — А если меня ранят, буду ворчать вдвойне.