— Анита бы сейчас поворчала на тему нашей совместной сублимации, — улыбнулся Виктор.
Анастасия, пытавшаяся снять помявшуюся броню с руки, поморщилась.
— Пусть идёт к демонам вместе со своими наставлениями и запретами. Будем снимать стресс так, как умеем, пока они не предложат чего-нибудь получше, чем медитации, — Анастасия рыкнула, просто срывая повреждённые элементы, — Медитации вообще не работают!
Виктор первый прошёл в душевую, сестра чуть дольше возилась с экипировкой. Душевая мало отличалась от раздевалки, холодный тёмный камень пола, стен и потолка, никаких украшений, обычные стальные лейки и мутные стёкла, что отделяли соседние кабинки.
— Как по мне, лучше бы стерилизовали, чем постоянное подавление желаний, — призналась Анастасия, встав спиной к брату. — Не только младших, но и тех, кому всё равно побочные ветви образовать не светит. Может, после такого мы все станем чуть менее психованными?
— Вряд ли, Настя, — ответил Виктор.
— Что из? — Анастасия обернулась.
— Оба. Стерилизации не будет, всегда должны быть запасные потенциальные мамочки и папочки. И менее психованными мы точно не станем, не с таким пожизненным психическим напряжением.
Выслушав брата, девушка отвернулась и, постояв немного, прижалась лбом к стене, включив ледяную воду.
Внутренний двор дворца был превращён в летний сад. Магия и сооружение из стекла и стали отрезали двор от январского холода. Анастасия, удерживая на лице невозмутимое выражение, шла к крайней пристройке, откуда доносился собачий лай. Вошла на огороженную двухметровым сетчатым забором площадку, и уже через секунду была окружена собаками, тянущимся к её рукам и радостно виляющими хвостами. Анастасия улыбалась, тепло и заботливо.
— Настасья Николаевна, поглядите, — на площадку вышел пузатый мужчина, держащий в руках щенка борзой, и с гордостью показал: — выходил!
Принцесса осторожно прошла через собачью стаю к мужчине и аккуратно взяла малыша на руки. Щенок сразу принялся вылизывать девушки шею, чему Анастасия нисколько не сопротивлялась.
— Молодец, Архип! Порадовал!
Архип от похвалы ещё шире улыбнулся.
— Кормить будете?
— Само собой!
Девушка вернула щенка и прошла в псарню. Сама принесла мешок с кормом и рассыпала по мискам. Затем разносила миски, каждой собаке уделяя немного внимания, давая несколько команд, проверяя выдержку. Закончив со взрослым зверинцем, пошла заботиться о щенках, некоторых вручную кормила молоком из бутылочки. Потом выборочно расчёсывала взрослых собак, крутящихся рядом и требующих толику внимания.
В какой-то момент собаки вздрогнули и притихли, стараясь оказаться подальше от входа в псарню. Счастливая улыбка исчезла с лица принцессы, оставив отстранённое безразличие. Она выдохнула пар в резко похолодевший воздух.
— Ухаживаешь за собаками? — спросил появившийся на пороге псарни молодой мужчина.
— Да, как видишь.
Мужчина сделал несколько шагов к Анастасии и протянул руку к псу, которого принцесса вычёсывала. Собака пугливо, прижимая хвост и уши, но всё же подошла к мужчине, осторожно обнюхав, а затем лизнув протянутую ладонь.
— Как я погляжу, общество кобелей и сук тебе нравится больше, чем собственная семья.
— Собаки нравятся мне больше, чем люди. Не просто так преданность называют собачьей.
Резкое движение и тихо поскуливающий пёс оказался в крепкой хватке мужчины. Остальные животные залаяли, но быстро замолчали, прячась по тёмным углам. Пальцы мужчины нажали, животное взвизгнуло в последний раз и обмякло. Мужчина медленно подошёл к принцессе и нежно погладил окровавленными пальцами по щеке, оставляя красный след.
— Разве кто-то из членов семьи тебя хоть раз предавал?
Анастасия не шевелилась, ответив:
— Нет. Никогда.
— Ну вот. А ты говоришь о собачьей преданности. Мы никогда не предаём друг друга. Все наши действия только во благо семьи. Верно, Настя?
— Да. Только во благо семьи.
Мужчина провёл большим пальцем по губам принцессы.
— Ты хочешь, чтобы я его вернул? — шёпотом спросил мужчина.
— Да, — подтвердила Анастасия.
Он чуть надавил на её губы, заставляя открыть рот, и проник внутрь сначала большим пальцем. А когда девушка облизала его, дал ей очистить и остальные вместе с ладонью.
— Ваше Императорское Высочество! — позвали с улицы.
Цесаревич Алексей обернулся, отняв руку от лица Анастасии. Сделал шаг к выходу.
— Видишь, как всё просто?