Князь вызвал клинок и, подойдя к столу, водрузил артефакт на постамент.
— Оружие показало себя отлично. Никакого сравнения ни с какими тренировками! — Максим обернулся, воодушевлённо улыбаясь. — Я им броню рубил! Не танковую, конечно, но рубил! А уж человека вообще без сопротивления почти. Защита СКАПов практически не защищала, а у них, наверное, лучшая защита? Ну, из регулярных подразделений, если всякие специальные отряды не считать?
Волконский кивнул.
— Да, лучшая. У всех спецподразделений защита индивидуальная, — князь посмотрел на клинок. — Плохо, что вы с основным подразделением сцепились, а не только с отрядом убийц. Мне удалось всё замять, но осадок остался.
Максим развёл руками.
— Сам был бы рад со своими не драться, но что делать? Убийцы с нами говорить, понятное дело, даже не собирались. Так ведь и подкрепление, когда подошло, тоже на политесы не разменивалось. Пальбу без всяких сантиментов начали.
— Понимаю, — вздохнул Владимир. — Ладно, что сделано, то сделано. Главное — вы оттуда выбрались. Как тебе, кстати, бой?
Максим попытался передать лицом восхищение, смешанное с опасением.
— Кудрявцева — монстр. Я, когда сильно припекало, и на пулемёт стреляющий бежал, и под минами сайгаком скакал, но… Но Слава… У меня слова только нецензурные лезут. Что будет, когда она войдёт в полную силу?
— Дмитрий сказал, что высших магов двадцатого ранга, выбравших узлы, усиливающие живучесть, защиту и вообще способности, заточенные под ближний бой, даже танковый снаряд не убивал. Оглушал, ранил — да. Если, конечно, попадал, там в первую очередь мобильность играет. Ну и оторвать танку башню можно практически голыми руками. Но это в видении. В реальности… — Владимир отрицательно покачал головой. — Зачарованные снаряды, площадные заклинания, в том числе защитные, на рунических чарах, да много чего ещё. В общем, девочка будет очень опасна, но далеко не неуязвима. Да и интенсивный бой, каким бы сильным ни был маг, всё равно выматывает.
Максим закивал.
— На себе ощутил. Первые несколько часов ещё нормально, а потом всё. Чёткость ударов, резкость движений, да банально сбить дыхание можно на спринте.
— А Слава не сбила? — спросил Владимир.
Макс улыбнулся.
— Она была свежей. Как бы она выглядела через несколько часов непрерывных боёв — не знаю.
Из коридора донеслись чьи-то голоса. Максим обернулся на звук и спросил у брата:
— Хорошо проводите время?
Владимир поморщился, отмахнувшись.
— Унылая говорильня, ты ничего не пропустил.
Он прошёл до бара и организовал два бокала вина.
— Как Тихомирова? — спросил старший из братьев.
— Горит жаждой мести, — кивнул Максим. — И Кэтино тоже.
— Да? — Владимир немного удивился. — Я был уверен, что после нападения она останется в Грузии.
— До нападения именно так она и хотела поступить, но атака поменяла её отношение.
Владимир отдал бокал брату и прошёл по комнате.
— Это… Несколько упрощает дело.
— Подожди, — остановил размышления брата Максим. — Я же главного не сказал. Искушение назвал другое имя.
— Что⁈ — резко обернулся старший. — Какое?
— Виктор, старший брат Анастасии, — ответил Максим.
Князь задумался, подошёл к окну.
— Это… Странно, — произнёс он.
— Да, — подтвердил Максим. — Что-то там происходит. Я недостаточно умён, чтобы пытаться анализировать расклады и делать выводы, так что принял, как данность. Оставлю право ломать голову тебе.
Владимир хмыкнул.
— Спасибо, удружил.
— Ни в чём себе не отказывай, — кивнул Максим. — Другое имя, насколько я понимаю, ничего не меняет. Основной план в исполнении?
Владимир подтвердил.
— Да, действует дальше.
— И как? — Максим опустошил бокал и оставил на столик. — С твоей стороны всё готово?
Старший брат самодовольно улыбнулся.
— У меня есть место. Сейчас я работаю над доставкой нас туда, и над маршрутом отступления. А главное — у меня на столе лежит подробная развёрнутая инструкция по работе «Ультиматума».
— Это, наверное, баснословных денег стоило?
Владимир кивнул.
— Ага, все наши с тобой накопления выскреб, даже немного у родителей занял.
Максим махнул рукой.
— Не страшно, заработаем. Я до последнего боялся, что всю информацию подтёрли, и нам придётся разбираться на месте.
— Нет, проблема крылась в другом. Достоверных сведений слишком мало, — Владимир сел в свободное кресло. — У этой штуки две с лишним тысячи лет истории. И, само собой, в момент создания она не имела и сотой части своего текущего разрушительного потенциала.