Судя по ощущениям, чакра тратилась, но не прибывала. Это было логично: внешность Тен-Тен вернулась благодаря магическим силам Нурру и Габриэля; в теле Хлои не было очагов чакры, вырабатывающих этот тип энергии. Значит, Тен-Тен сейчас была подобна батарейке с ограниченным зарядом, и тратить его стоило очень аккуратно.
С сожалением Тен-Тен убрала большую часть оружия обратно в свитки: учитывая стиль жизни Хлои и особенности мира вокруг, Такахаши просто не могла пользоваться катаной, булавами или хотя бы нунчаками. Жаль. Она оставила себе набор метательных игл, складной арбалет на предплечье, несколько кунаев и сюрикенов. Канзаши с острыми концами. Привычный набор ядов и ингредиенты для их восполнения — всё обёрнуто плёнкой и может храниться целых полгода. Достаточный срок, чтобы найти им замену, если понадобится.
Она надеялась, что успеет разобраться с происходящим вокруг намного быстрее. Учитывая плотность нападений акум за последнюю неделю, Тен-Тен или сама умрёт от нервного истощения, или всё-таки прибьёт Бражника на радость квами.
Также Тен-Тен оставила аптечку. Обычная аптечка шиноби, стандартная даже по меркам других военных поселений. Но в этом мире, пока Тен-Тен не разобралась в лекарствах, привычные пилюли были на вес золота.
Все мелкие детали и метательное оружие Тен-Тен сложила в подсумок. Незаменимая вещь, если подумать. Только в мире ниндзя Тен-Тен совсем его не использовала, больше полагаясь на техники и волшебство запечатывающих свитков. В одном таком рулоне можно было, без преувеличений, перенести дом.
Только вот загвоздка: чтобы открыть свиток или запечатать в него что-либо, была нужна чакра. А у Тен-Тен теперь чакры не было.
Последнее, что Тен-Тен оставила себе — набор лент для пучков. Пожалуй, если вещи после ухода акуманизации исчезнут, именно по этим ленточкам Тен-Тен будет скучать больше всего.
Спрятав выложенные вещи среди коробок и ниш, Тен-Тен вышла из гардеробной и направилась к окну. Техники маскировки всё ещё действовали. Такахаши чувствовала, как скользят по её скрытой чакрой фигуре равнодушные взгляды: так ощущались камеры и роботизированные противники. Если не тренировать особую чувствительность к такому вниманию, то можно и не обратить внимания.
Тен-Тен выскочила на улицу, зацепилась ладонью за стекло и быстро полезла наверх. Руки требовали меньшего расхода чакры, чем ноги. Дело было в чакроканалах, которые в ладонях с рождения имели большую тренированность. Так, чтобы зацепиться за вертикальную поверхность, из ладони тратилось пять условных единиц чакры на единицу времени; стопа, даже учитывая проводящий чакру материал обуви, требовала от двадцати единиц чакры.
Это мало кто знал. В основном об экономии чакры задумывались ниндзя-марафонцы, изматывающие своего противника во время длительного боя, и те, кому от рождения не повезло с маленьким энергетическим резервом. Тен-Тен узнала про различную пропускную способность каналов сначала от Неджи, потом от Сакуры.
Сейчас эта информация пригодилась, как никогда.
Она бежала по крышам, используя чакру только для прыжков или для цепляния за стены. Резерв не радовал. Оставалось около трети, и всё. Чакра тратилась не только на открытие свитков, но и на поддержание тела.
Особняк Агрестов был недружелюбен: смотрел тёмными глазницами окон, шуршал по-осеннему озлобленным садом. На страже дома стояли Чудесные, в кои-то веке использовавшие голову и сразу понявшие, куда должна пойти акума.
Вот почему они такие умные именно тогда, когда не надо?
Тен-Тен сложила печати и вызвала клона. Не теневого, — на него тратилось преступно много чакры, — а обычного иллюзорного. Простейшая техника, практически не затрагивает резерв. Учитывая, что Чудесные понятия не имели о способах боя шиноби, иллюзии должно было хватить для отвлечения внимания.
В дом было не пробраться: Тен-Тен позвоночником чувствовала электрическую сеть, пронизывающую стены. Не шокер, нет. Датчики, что в её случае почти так же неприятно.
Но кто сказал, что Такахаши нужен был дом?
Клон отправился в особняк, мелькнув перед глазами Чудесных. Герои, как послушные котята, побежали внутрь здания, тогда как Тен-Тен направилась в сад.
Те самые пропавшие два метра живой изгороди требовали проверки.
***
(1) Шаринган — Особый вид глаз в клане Учиха, позволяющий предугадывать действия и копировать техники. противника. Из-за этой способности многие думали, что обладатели Шарингана способны «читать мысли».
(2) В мире «Наруто» шиноби используют ручные печати, — они же мудры, — для регулирования потоков чакры и использования техник. Ручные печати
— это особые положения пальцев и ладоней.
Глава 21. Эмили
Удивительно, но сад успел измениться с момента прошлого посещения Тен-Тен. Несколько зелёных кустарников переоделись в золото и охру, пожухла трава, замело листьями выцветшие от света скамейки.
Куноичи шла, согнув колени и склонив корпус. Живая изгородь была высокой, около двух метров, но заброшенной: в некоторых местах появлялись проплешины от недостатка ухода. Цельная зелёная стена при ближайшем рассмотрении оказалась всего лишь дырявым старым полотном.
Тен-Тен пригибалась, чтобы не светить белой туникой в эти проплешины, и перебегала открытые участки лабиринта. Сначала она хотела перемахнуть через колючую стену сразу в участок, скрытый за стенами, но после отказалась от столь опрометчивой затеи: Такахаши была уверена, что Габриэль направил в сторону сада по меньшей мере десяток камер. Маскировка же была несовершенна, и при резких движениях воздух на месте Тен-Тен рябил, привлекая внимание. Шанс быть обнаруженной казался крошечным, но он всё же был.
Тен-Тен никогда не любила зазря рисковать. Кто знает Габриэля? Она совсем не хотела испытывать его терпение лишний раз; достаточно было того, что месье Агрест потерял акуму в её лице.
Поэтому куноичи кралась по саду, всматриваясь в зелёное ограждение и просчитывая, где должен быть нужный поворот. Что могло скрыть его? Это обязательно нечто мобильное, потому что вход в тайное помещение не должен вызывать затруднений. Или относительно мобильное, вроде… да, каменное изваяние подойдёт.
Тен-Тен добралась до знакомой площадки с фонтаном и статуей. Эмили Агрест, — Такахаши проверила имя в интернете, — смотрела на мир с равнодушной мраморной улыбкой. В который раз Тен-Тен неприятно поразилась, насколько женщина казалась ей неприятной. Дело было не во внешности, а в… каменности? Эмили казалась некрасивой, хотя все вокруг только и говорили, что про её очарование.
Ну, может быть, вживую она выглядела более привлекательно, чем высеченная из камня.
Тен-Тен присела рядом со статуей и провела рукой по постаменту. Тот оказался повреждён: на нижней части кончиками пальцев можно было прощупать дугообразные царапины. Старые, кстати, потому что в них забилась пыль и грязь. Потому они и не были заметны с первого взгляда.
Вот и вход. Даже не удивительно. Во-первых, Габриэль любил свою жену до безумия, — ха-ха, — во-вторых, статуя располагалась на диво хорошо. Вокруг неё было нечто вроде зелёного навеса из того же кустарника, что и изгороди. Но почему этот ход не использовался?.. Он ведь не использовался же, правда?
Скрупулёзно проверить наличие сигналок или охраны не было возможности. Тен-Тен осмотрела статую и пространство вокруг, провела руками по камню, даже применила простенькую сканирующую технику — всё глухо. Такахаши надеялась, что Габриэль не устанавливал камеру на фонтан. Сама куноичи поступила бы именно так.
— Было бы хорошо, если бы я оказалась большим параноиком, чем он, — пробормотала Тен-Тен, аккуратно потянув статую в сторону.
Постамент с тихим шуршанием сдвинулся, и Эмили повернулась влево. Тен-Тен не стала сильно отодвигать статую, остановив ту в момент, когда проход стал достаточным. Вдруг на полное открытие установлена сигнализация?