СЦЕНА 4.
Святополк с Радомиром подходят к погребальному костру, встают за спиной у Ярославны, не решаясь отвлечь родную душу от общего горя. Стоят и смотрят на нее. Она, сидя на коленях и воздев руки к небу, не то поет, не то воет что-то не -разборчиво. Услышав шевеление за спиной, она быстро вытирает рукавом лицо, встает и поворачивается к ним.
Совсем юная, пытающаяся заправить белокурые волосы, повылезавшие из-под платка. На лице еще не полностью пропали веснушки, точеная фигурка под простым, холщовым платьем. Она не сразу решается поднять на них глаза. Они смотрят на нее и сами расчувствовались. Но, как только она поднимает глаза, полные боли и недетской мудрости, их как холодной водой окатило. Никто не решается прервать молчание. Наконец Святополк, опустив и сразу подняв голову, говорит глядя ей в глаза.
-Надо ехать, кровинка моя.
Она опускает глаза.
-Я же не закончила тризны.
Слезы текут по ее розовым щекам. Святополк подзывает жестом волхва, встречавшего посланца.
-Он все закончит, будь надёжа. А нам нужно ехать. Собирайся.
-Прямо сейчас?
-Нужно спешить, пока и ветер нам в помощь.
Она, не поднимая глаз, подходит к ритуальному костру, берет немного пепла, втирает себе в предплечье, обтирает шею, лоб, вытягивается в струну,слез будто бы и не было на ее лице, кланяется и уходит. Все еще какое- то время стоят молча.
Святополк, качая головой, обращается к Радомиру.
-Ты только посмотри. Уж слишком сильна. Веста, а держит себя как витязь. Присматривай за ней! Как бы худо не было.
Радомир глубоко вздыхает, но не перечит, они молча спускаются с холма.