Вот только ворота, вместо того, чтобы распахнуться, даже не пошелохнулись. А вот ключица Анны отчётливо хрустнула.
— Моя очередь! — проревел фон Штерн и, подскочив к воротам, ударил по ним с ноги.
— Мощно, — присвистнул Виш, следя за тем, как ворота с оглушительным грохотом распахиваются в разные стороны. — И почему у меня такое ощущение, что мы открыли ящик Пандоры?
«Он свой», — отмахнулся я, прищурившись от ударившего в глаза солнечного света.
Пусть день клонился к закату, но во внутреннем дворике острога было довольно светло.
— Василий! — вокруг Анны вспыхнуло кольцо Тьмы, а её меч ослепительно засиял лунным светом.
Я же едва успел увидеть палача, занёсшего топор над головой Васи, и две дюжины одарённых, как мир мгновенно потемнел.
Звуки исчезли, краски этого мира поблёкли, а время замедлилось словно кисель. А затем я увидел, на что способна влюблённая воительница.
Фигура Анны размазалась тенью, и по дворику прошлась коса смерти.
Одарённые даже не успевали выхватить клинки или активировать защитное плетение — Анна была подобна молнии, оставляя за собой шлейф крови и отсечённых конечностей.
За два удара сердца во дворике остались лишь два невредимых человека — Демидов и Василий, на лице которого не дрогнул ни единый мускул.
Когда в мир вернулись краски, я сперва почувствовал, как исчезает навалившаяся на плечи тяжесть, а следом по ушам ударил слитный вой покалеченных одарённых.
Кто-то баюкал отрезанную руку, кто-то, упав на землю, безуспешно пытался «вернуть» отсечённую ногу на место.
— Кто она, мать её, такая? — шёпотом протянул фон Штерн, от неожиданности возвращаясь в человеческую форму.
— Она? — я с улыбкой посмотрел на замеревшую перед Василем Анну. — Просто девушка, у которой попытались отобрать то, что она считает своим.
— Напомни мне никогда с ней не ссорится, — попросил Ландер.
— И сам не забудь, — хохотнул Виш. — Зуб даю, Анна только что взяла очередной ранг.
«Как и Василий», — добавил я, останавливая взгляд на Ликвидаторе.
— Как и Василий, — согласился фамильяр. — У этого парня стальные яйца, Макс. Теперь я понимаю, почему ты отправил с Анной именно его. А теперь… может быть, займёшься делом?
Вообще, Виш был прав. Первое ошеломление прошло, и местные начали приходить в себя.
Кто-то звал на помощь, кто-то трясущимися руками формировал атакующее плетение, кто-то выл на одной ноте.
— Кто не заткнётся, отрежу язык.
Голос Анны был подобен ледяному душу, и в воздухе повисла мёртвая тишина.
Хотя нет, вру, какой-то франт, которому Анна, отсекла обе руки и ноги, поскуливал от боли.
— Ландер, — я посмотрел на фон Штерна, — если кто дёрнется, можешь смело вырвать сердце.
Заметив кровожадный взгляд, которым форточник обвёл покалеченных одарённых, я поспешил добавить.
— М-м-м, фигурально выражаясь.
— Принял, — кивнул фон Штерн.
Я же, отряхнув с рукава несуществующую пылинку, направился к Демидову. Замерших друг напротив друга Василия и Анну я решил не отвлекать. Наверняка этим двоим нужно многое сказать друг дружке.
— Добрый вечер, Никита Акинфиевич, — я остановился перед князем, который, на мой взгляд, вёл себя как-то заторможенно, что ли?
— Если ты настаиваешь… — князь в замешательстве посмотрел на Василия, который до сих пор находился под моей личиной. — Макс?
— Макс, — согласился я. — Никита Акинфиевич, я спрошу лишь один раз. Какого черта здесь происходит?
— Приказ императрицы, Макс, — князь протянул мне усыпанную печатями грамоту. — Говорят, ты мятежник.
— Феерический бред, — удивился я. — Канцлеру всё неймётся…
— Макс, — в голосе Виша проступила тревога, — посмотри на его ауру!
— Приказ Императрицы… — выдавил из себя Демидов. — Нельзя не подчиниться…
Я же, не обращая внимания на слова князя, вгляделся в ауру князя.
— Ого! Никита Акинфиевич, а вы в курсе, что опутаны ментальными нитями, словно клубок?
— Сожги эту гадость, Макс, — попросил Виш. — Он же держится из последних сил!
По внешнему виду Демидова нельзя было сказать, что он чем-то занят, но слова фамильяра я воспринял всерьёз.
Сначала хотел окатить его потоком огня, но затем мне пришла идея получше.
Сграбастав Демидова в объятья, я активировал Огненный щит.
Нас с князем окружило колючее пламя, и в следующий миг Очищение огнём развеяло все ментальные нити.
— Ах ты скотина! — проревел Демидов и, оттолкнув меня от себя, подскочил к поскуливающему франту и с силой пнул его по рёбрам. — Тварь!