— Потому что…
— Она вышла замуж за одаренного Купца.
— Именно Купца? — уточнил я. — Не Торговца?
— Именно Купца, — подтвердил фамильяр. — Теперь она не Назырова, а Землянская — раз. И осознанно лишилась потомственного дворянства — два.
— Она знала насчет проклятья?
— Очень сомневаюсь, Макс. Скорей всего здесь сработала женская интуиция.
— Сработала? То есть она смогла родить ребенок?
— Даже двух, — подтвердил Виш. — Оба одаренные, деньги, как понимаешь, в семье водятся, но дворянства нет. Даже личного.
— И Назыров…
— Назыров не может простить сестре, что предала, как он считает, их небольшой род, и все свое внимание посвятил Храму.
— О! — вспомнил я. — У меня был такой же друг. Учителем работал в школе. Сутками оттуда не вылазил. Конкурсы, подготовка к ЕГЭ, какие-то творческие мероприятия. Даже спал в учительской.
— Вот-вот, — кивнул дракончик. — Наш Назыров такой же. Храм — это смысл его жизни. А послушники — его дети.
— Сомнительно, — протянул я, вспоминая наши с ним взаимоотношения.
— Он тебя обучил владению Огненной стихией? — хмыкнул Виш. — Обучил. Помогал? Помогал.
— Про сроки и лимиты Михайлову напомнил…
— Это когда ты зубы показал, — не согласился Виш. — Послушников много, Назыров один. Его стратегия — давать полезные навыки, а не сюсюкаться.
— Ну ладно, убедил, — сдался я. — Намекаешь на то, что его можно попробовать завербовать?
— Я ни на что не намекаю, — тут же дал заднюю Виш. — Ты сам принимаешь решения, основываясь на анализе полученной информации.
— Ладно-ладно, — замахал руками я, слыша уже привычные отмазки, — как скажешь. Насчет информации… Как Иван Сергеевич ладит со своими родственничками? Как их там, Назаровы?
— Никак, — хмыкнул Виш. — Думаю, он что-то подозревает, но в открытый конфликт не вступает. Ведёт себя так, будто бы их не существует.
— Ясно…
Исходя из того, что я услышал от Виша, можно было выстроить две линии поведения.
Первая — предложить Назырову управлять Храмом от моего имени и пообещать достойное финансирование. Второе — дать намек на продолжение рода. Уж Поль-то обязательно сможет сварить зелье, которое снимет проклятье.
Выгоднее всего первый вариант. Но по-человечески правильно будет предложить Назырову второй.
В любом случае, если мы с Иваном Сергеевичем сойдемся в видении будущего Храма, то предложу ему сотрудничество, если нет… что ж, на нет и суда нет.
— Ну и славно, — кивнул Виш, для которого мои мысли не стали секретом. — Тогда поспешим, пока Назыров ранг не потерял!
Такая вероятность, конечно, была, но если Назыров не будет лезть в круги отчуждения к Проколам, а он точно этого делать не будет, то максимум, что ему грозит — слабость и обнуление внутреннего резервуара.
Я оглянулся на небольшое озерцо, чей берег был завален грудами обгорелых жаб, и шагнул в серую рябь Прокола.
Назырова в Храмовый портал пришлось тащить на себе.
Маг, по всей видимости, не удержался и решил провести эксперимент по взаимодействию с кругами отчуждения.
Не знаю, на что рассчитывал зам по учебной части, но его тушку я обнаружил в шаге от зоны отчуждения.
И хоть Прокол, стоило мне из него выйти, исчез, но Назырову от этого легче не стало.
Пришлось сначала отпаивать Мага зельями, а затем, убедившись, что он пришел в себя, нести к порталу.
О том, чтобы обговорить условия сотрудничества в тундре, не могло идти и речи. Ещё немного, и Назыров точно потерял бы ранг. Слишком уж много Проколов было вокруг нас.
Ну а когда мы оказались в портальном зале, мне на помощь пришел Жарков.
Для начала смотритель закутал графа в махровый плед и усадил в неизвестно откуда появившуюся кресло-качалку. Затем влил в него три зелья, и только потом неодобрительно покачал головой.
— Что ж Вы так, Иван Сергеевич, неосмотрительно себя повели? — Жарков бросил на графа строгий взгляд. — Храм только на Вас и держится, а Вы…
— Всё нормально, — с трудом вытолкнул из себя граф. — Зато теперь… я знаю… что утечка энергии… прямо пропорциональна… рангу.
— И стоило оно того? — вздохнул Жарков.
— Да, — глаза Назырова блеснули решимостью. — Стоило.
— Коллеги! — мне, конечно, было интересно следить за разговором двух не самых слабых одаренных, но времечко уже поджимало. — Предлагаю обсудить насущный вопрос. Иннокентий Сергеевич, — я посмотрел на смотрителя, — правильно ли я понимаю, что здесь можно… побеседовать.
— Абсолютно, — подтвердил Жарков. — И пусть открытая дверь вас не смущает. В коридоре стоит Купол Тишины.