— Поэтому мы должны вмешаться! — поддержал Александра французский король. — Мы должны спасти английскую монархию от произвола Лордов!
— Выводи флот, Виктóр, — кивнул Император. — И готовь войска к высадке на остров. На тебе Англия, я же возьму на себя Германию.
— Это союз, мой венценосный брат, Александр! — радостно воскликнул французский король, — мои войска уже в море, они идут на помощь Пожарскому. Десант начнется в ближайшие минуты.
— Вот и славно, — Александр поднялся из-за стола. — А пока вы разбираетесь с островитянами, я решу вопрос с германским флотом.
— Отправите в Северное море свои знаменитые жароходы?
— Лучше, — на губах Императора заиграла полная злого предвкушения улыбка. — Я лично поведу армию в бой!
Глава 2
Наверное, решение отдать приказ о переброске войск в Англию было несколько импульсивным.
Ведь я не посоветовался ни с Александром, ни с Галициным, ни с Шуйским, ни даже со своими соратниками!
Но в тот момент, когда Виктóр передал мне маршальский жезл, я понял — сейчас или никогда.
Одно дело бросать на англичан стотысячный корпус, и другое — усилить его армией французов.
Виктóр отдал мне жезл — раз, отвёл свой флот — два, сам же иносказательно предложил напасть на Англию — три! Что это, если не предложение о военном союзе?
К тому же жезл оказался на удивление удобным инструментом. Стоило мне только подумать, что неплохо было бы подготовить два пехотных корпуса к портальному переходу, как французские войска начали выстраиваться в походный порядок.
И это, к слову, стало тем самым решающим фактором, благодаря которому я и решился заглянуть к англичанам на огонёк.
— Минутная готовность! — во всеуслышание объявил я и мысленным усилием выбрал из списка заблокированных портальных точек «Лондон».
Вот только стоило мне потянуться сознанием к этой портальной точке, как я почувствовал сначала удивление, а затем и растерянность, которая сменилась раздражением и даже злостью.
Портальная точка тут же стала колючей, и я, растерявшись, отпрянул назад.
— Ты что творишь! — рыкнул на меня Виш. — Это и есть Волевое доминирование, Макс! Или ты его продавишь, или мы останемся без портала!
Окрик Виша был подобен ушату ледяной воды.
До меня мгновенно дошло, что эмоции, которые я испытывал, были не мои, а портального смотрителя Лондона, и в следующий миг я решительно бросился в ментальный бой.
Мне было не просто надо, а очень надо попасть в Лондон. И это «надо» подминало под себя эмоции портального смотрителя, словно каток. Я походил на ментального удава, который стягивает кольца вокруг пойманной жертвы.
Было ли мне жалко этого смотрителя? Ничуть.
Благодаря Вишу, мои эмоции до сих пор были выкручены практически под ноль, и я не испытывал ни малейшего угрызения совести.
Причём я прекрасно понимал, что мне нужно не просто победить смотрителя в этом поединке Воли, но и… уничтожить его.
Уж что-что, а предупреждать англичан о своём неожиданном визите не входило в мои планы.
Поэтому, когда чужое раздражение и злость сменились растерянностью, а потом и страхом, я лишь усилил давление.
Моя воля и намерение оказались сильнее, и спустя несколько ударов сердца, портальная точка «Лондон» оказалась разблокирована.
— Молодец, Макс! — шепнул Виш. — У тебя получилось!
Я же в ответ лишь дёрнул плечом.
Волевое доминирование над смотрителем показалось мне… недостойным, что ли? Может, на меня так повлияло общение с куками, но победа над слабым соперником, а Маг островитян оказался слабаком, не принесла мне радости.
— Не спеши расстраиваться, Макс, — Виш читал мои мысли, словно открытую книгу. — На острове полным-полно сильных соперников!
Слова дракончика настолько меня воодушевили, что я, зло улыбнувшись, громогласно скомандовал:
— За мной!
И первым шагнул в портальную рамку.
Лондон, Трафальгарская площадь.
Капитан Джон Смит вступил в должность главы почётного караула всего две недели назад, и до сих пор не мог понять, как относиться к портальному смотрителю сэру Уайту.
Ходили слухи, что Мага списали из королевских войск, наградив почётной и необременительной должностью портального смотрителя.
И, глядя на то, как часто пожилой уже Маг прикладывается к своей фляжке, Джон понимал, почему его турнули из армии.
Не было ни дня, чтобы сэр Уайт не заснул на своём посту, уговорив до этого три четверти своей фляжки. Четверть, как вычислил сам Джон, сэр Уайт оставлял на вечер. Чтобы, как он сам говорил, служба бежала быстрее.