Пока я смотрел за тем, что происходит со вторым брандером, в первый угодила еще пара снарядов. Но когда дым снесло, стало ясно, что потеря трубы и котельных вентиляторов его уже не остановят: судя по всему он уже у самого бона.
Есть! Вижу в бинокль как колыхнулась вода и полетели вверх щепки! Три белых ракеты. Тихменев пробил бон! Вижу как на корме парохода моряки работают с кошками — бон нужно еще постараться развести. Но это уже дело техники. Приказываю выпустить черные ракеты.
Вырубов резко разворачивается, и вот его "Двадцать второй", приподнявшись на гребне белопенной волны устремляется в пролив по кильватерному следу брандера. За ним мчатся все 8 его "каэлок". Началось! Все. Наш черед.
— Скорость тридцать! Следовать за мной!
Теперь вперед. Только вперед…
Пролетаем быру в боне. Справа от нас прилегший на воду правым бортом пароходик. Брандвахта. С него в шлюпки спускаются японские моряки. Грозят нам кулаками…
Кто его так приложил? Неужели максимовских полуторадюймовок Тихменева хватило? Падают вокруг снаряды. Второй раз получаем свою порцию ледяного душа. Наш брандер подцепив левую часть разбитых ворот бона оттащил ее в сторону и… Судя по всему, Тихменев отдал якорь! Видимо протащить бон более чем на тридцать метров его пароход уже не в силах. Даю зеленую ракету — приказ катерам-спасателям срочно снять экипаж обреченного корабля. А конец его уже близок. Снаряды поражают теперь уже неподвижную мишень. Мало того! Откуда то слева к нему мимо нас бежит миноносец, даже хуже — два! Стреляют и по брандеру и по нам. Наши "большие" максимы гулко тарахтят в ответ. Японский снаряд пролетает мимо рубки рядом с моей головой… И тут же удача! На втором миноносце выбросило пар — кто-то из наших поробил ему котел. Славно.
Справа, из-за мыса слышна частая орудийная пальба, грохот взрывов. Неужели на якорной стоянке Љ2 у японцев кто-то оказался? Собственно, это я должен был бы понять сразу, как стало ясно, что проскочивший перед нами отряд Вырубова развернулся вправо дав белые и красные ракеты — "иду в атаку".
Зрелище, открывшееся нам за этим скалистым мысом было достойно кисти Верещагина или Айвазовского! Белоснежные дуги следов катеров Вырубова на разведенной ими волне, взметы пены от падений снарядов, дым. В двух местах на поверхности воды что-то чадно горит… Не хочется верить…
Чуть дальше тонет садясь носом крупный транспорт. Судя по всему это минзаг "Тиохаши". По нему ни в коем случае не стрелять! Кто то из вырубовских и так чуть не устроил здесь инферно. От него отчаянно гребут на шлюпках моряки. А за ним… Большой броненосный крейсер типа "Гарибальди". Свежая серо-голубая краска. Густой черный дым из труб: похоже, что он уже был на ходу. Облако пара вырывается из котельного… И люди. В воду сыплются с него люди! А сам он все быстрее, прямо на наших глазах валится на правый борт уходя носом под воду! Есть первый! Готов!!!
— Ура-а-а!!!
Второй такой же крейсер стреляет и по нам, и по катерам Вырубова. Он стоит к нам прямо носом. Порванная якорная цепь свисает со скобы клюза. И… Да! И он тоже кренится, медленно, но кренится! Молодцы! И этому поддали… Не успел я оценить состояние корабля и способность его продолжать бой, как в ту же секунду у его борта с грохотом взлетает высоченный фонтан торпедного попадания…
Нам здесь задерживаться больше не резон. Ракетами позывной Вырубова и зеленую. Они свое дело сделали. Слава Богу. Ведь окажись эти броненосные крейсера непосредственно у бона, все могло сложиться иначе. Скорострелки Армстронга — это очень серьезно. И "Риону" было бы не сдобровать, что уж говорить о брандерах.
Оглядываюсь. Там все пока в порядке: Гаршин со своими уже проходит бон. Хотя как "все в порядке"… Брандер Тихменева лежит на борту погружаясь кормой. Возле него вижу "каэлку". Господи, хоть бы кто уцелел из этих героев…
Слева виден проход в гавань Сасебо. С холма справа от него остервенело бьют батареи. Но это не скорострелки, слава Богу. Дым ползет вниз, снижая видимость в проходе. С одной стороны это плохо. Я никак не могу разобрать кто и где там стоит на рейде и у верфи. На якорях различаю лишь два больших корабля. С сетями или без? Не разобрать. Они к нам развернуты форштевнями и пока не опознаны.