Выбрать главу

Да, так бывает. Вселенная та еще сука.

Хотя вообще лучше не думать о его члене сейчас. Пусть это и сложно. На самом деле, я очень хочу сейчас услышать, что он готов оплатить пакет «На всю ночь», если только я не буду против.

И тогда мы сможем уединиться. Здесь или в другом месте, которое он назовет.

Вот только я до сих пор не знаю даже его имени. И такое со мной впервые.

Он источает опасность, искушение и вожделение. На нем куда больше одежды, чем на мне, а его греховная щетина так и манит коснуться ладонью. Узкие губы хочется укусить, чтобы стереть с них эту самодовольную усмешку.

Семь дней, напоминаю себе. Это не так много, и если бы я не была гуманитарием, то могла бы поделить три миллиона на количество часов, а потом бы даже узнала стоимость каждой минуты. Деньги меня успокаивают.

Он касается пальцами моих волос, накручивает на фалангу и произносит низким голосом:

— Так ты здесь… лучшая?

Хочет убедиться, что не продешевил?

— Так говорят, сэр, — отвечаю, потупив глаза.

— Ты очень хорошо пахнешь.

Так пахнет возбуждение, еще бы ему это не нравилось. Я едва дышу рядом с ним, с большим трудом усмиряя свое тело. Мне еще никогда не хотелось обмануть Лану и переспать с кем-то просто так, потому что он чертовски горячий мужчина.

Это против правил клуба, а еще против всех моих принципов. А я не стала бы лучшей, если бы думала только о том, как их нарушить.

— Я могу сделать так? — снова шепот. Глухой. Темный, как грех. — Или на это тоже есть свой тариф?

Он касается моей шеи, и я вздрагиваю. Каменею. Но не могу сдержать тихого стона.

Он снова мельком улыбается. Победа так близка.

Он может меня касаться, если я разрешаю. А это ведь безобидное прикосновение?

Киваю.

Он оглаживает пальцами кожу, а после убирает мои волосы на другое плечо. Теперь ему лучше видно мою грудь, которая подрагивает от сильных ударов сердца. Унять сердцебиение рядом с ним мне не под силу.

Хочется ерзать, тереться о его ногу, делать что-нибудь, чтобы унять эту жажду, которая обуяла тело. Но вместо этого изображаю скромную невинность.

Мужчинам нравятся такие. Даже если они знают, что перед ними элитный эскорт.

— Ты очень красивая, Жаклин. Это твое настоящее имя?

Конечно, нет.

— Да. Вам нравится?

— Играешь в бильярд? — летит следующий вопрос.

Мельком оглядываюсь на стол с бильярдом в глубине комнаты.

Мужчинам нравятся простушки, Джеки. Он не оценит, если я начну рассказывать, как первую сотню заработала в шестнадцать, когда обыграла всех постояльцев бара на Тридцать Шестой Улице, а потом купила себе пива, хот-дога и наелась досыта.

— Нет, сэр, не умею.

— Хочешь, научу?

Уроки чемпионов по снукеру и то стоили бы дешевле, чем этот.

— А вы умеете? Конечно!

А еще это отличный шанс перестать прижиматься к нему своей пульсирующей киской.

Поспешно вскакиваю с его колен, но он неожиданно тянет меня обратно. Плюхаюсь на его ноги, совсем не изящно, инстинктивно обвивая его плечи. Проклятье!

Теперь я прижимаюсь к нему еще теснее. Всей половиной своего полуголого тела. И та половина горит так, что скоро начнет покрываться волдырями.

Грудь у него горячая и твердая. Каменная.

— У нас полно времени, сядь обратно. Я еще не закончил. Кто-нибудь заказывал тебя дольше, чем на неделю?

— Нам не разрешают обсуждать других клиентов, сэр.

— Разумно. Тогда не буду спрашивать, как долго они ждут прежде, чем попросят тебя полностью раздеться.

Это не вопрос. Так что могу на него не отвечать. Но опытная девушка из эскорта должна предугадывать желания клиента, помогать и подталкивать его к тому, чтобы потратить еще больше денег.

Облизав губы, произношу:

— А вы хотите, чтобы я разделась? Я могу раздеться до белья. Это входит в ваш тариф, сэр.

— А я могу смотреть, но не трогать?

— Все верно.

— Тогда раздевайся, — кивает.

Отстраняюсь и спускаю вторую лямку платья. Легкая ткань собирается на талии, обнажая кружевной бюстгальтер. Тонкое полупрозрачное кружево не скрывает моих твердых потемневших сосков.

Встаю на ноги, и теперь он не останавливает меня. Смотрит, как я просто позволяю платью стечь на пол.

Остаюсь стоять в чулках, стрингах и бюстгальтере.

Он слегка наклоняет голову. Чертов эстет.

Непроницаемые синие глаза скользят по моим бедрам, ягодицам, талии и груди. И все, мои стринги можно выжимать.

— Очень хорошо. Вот теперь можно и поиграть в бильярд.

Зараза. Специально меня раздел перед тем, как разложит на столе!