Героическим усилием, затолкав себя в одежду и позавтракав, фактически пинками выпровадилась из дома. На втором этаже вспомнила про забытый зонт. Вернулась. На улице выяснилось, что при переезде, зонтик пострадал, две трети его поверхности грустно свисали на сломанных спицах. А уцелевшая часть спрятать от дождя могла, разве что челку. Возвращаться за отстегнутым от куртки капюшоном уже не стала, на часах пол восьмого, у меня осталось тридцать минут на дорогу. Что называется впритык. А увидев выходящего из подъезда напарника, я припустила так, что на рабочем месте оказалась не просто вовремя — у меня было еще десять минут на подготовку к «долгожданному» знакомству.
Я удивлялась своему волнению. То есть, я частенько переживаю, как то все пройдет, как меня воспримут. Но при мысли о человеке, с которым мне придется сотрудничать ежедневно, в течении нескольких часов, меня буквально парализовало. Паника, тихий ужас. Все эти недосказанности сотрудников «Купидона» о «милом мальчике» тревожили не на шутку. А вчера я сама стала свидетельницей событий, в которых он принимал непосредственное участие, и которые характеризовали лучше данных из анкеты.
Да, он заступился за девчонку, попавшую в опасную ситуация. Да, я вполне могу предположить, что будь на моем месте кто угодно другой, он поступил бы точно так же. А разве много сейчас мужчин способных на такое? Не пройти мимо. Не думать о себе. Один против пяти. Врядли. Во всяком случае, я подобных иллюзий не питаю. Но, Боже мой, во что превратились эти бандюги! Бесформенные грязные кули, схаркивающие кровью. И Он. Абсолютно спокоен, как будто уже забыл, что было. Как будто ничего не было. Как будто не его только что, чуть не убили. Как будто не он, только что разделал под котлету пять здоровых бугаев. Это пугает, настораживает, тревожит, волнует, да все что угодно! Только не оставляет равнодушной! Он не понятен мне.
Я не раз в жизни попадала, вот в такие, казалось бы, безвыходные ситуации. Но, еще в детстве, ночуя в темных, вонючих подъездах, под дверьми «добрейших» бабулек, прикармливающих бездомных собак, но не в состоянии накормить брошенную малютку, я поняла, что в жизни нужно надеяться только на себя. И еще ни разу не ошибалась. До вчерашнего вечера.
Похоже, герой дня, изволит задерживаться. Ладно, пока сгоняю к Алле Афанасьевне, а то она меня со вчерашнего утра не видела, наверняка уже лопается от новостей. Пусть выговорится человек. Я вообще удивляюсь, как она без меня тут обходилась. Сверх общительная женщина, а поговорить и не с кем. В курьеры-то в основном ребята идут. Тоже, кстати, любители потрещать, но исключительно своим, мужским коллективом.
Предупредив, девушку в окошке, где меня искать, я с чистой совестью направилась к секретарю. Уже собираясь постучать в дверь, я столбом застыла. Из кабинета директора, расположенного напротив, раздавались громкие мужские голоса. Точнее один голос, второй с трудом угадывался, но явно происходил диалог. На очень интересную для меня тему:
— Ты, мать твою, чем думаешь, Борисыч?! Ты, твою мать, чего творишь-то?! — Да, определенно, этот голос я узнаю из тысячи. О, сколько в нем чувства! Сколько жизни! — Я сколько у тебя работаю?! Хоть одного клиента упустил?! Кто-нибудь остался недоволен?! Нет!!! Так какого х…
— Антонов! — Собственно, это все, что начальству было позволено вставить.
— … хрена ты мне напарницу суешь?! Да еще соплю! Студенточку! — Ну будет Вам, Кирилл Алексеевич. Положим, студенткой я никогда не была. — Это что за х…
— Антонов!
— … хохма такая?! Ты издеваешься надо мной?! Я не позволю! А ну убирай свои бумажульки! Не стану я ничего подписывать!
— Да будет тебе, Кирюша! — Андрей Борисович всерьез думает воздействовать на Антонова подобным образом? — Я уже всем озаботился! Девочка толковая. Буквально вчера, достала Власова! Ты только подумай, работает меньше недели, а уже какие успехи!
— Я не сомневаюсь. — тон все еще не предвещает ничего хорошего, но обороты сбавил. Неужто я вчера сделала нечто из ряда вон выходящее? Ну, помимо макияжа… — Ну вот и пусть такая успешная работает самостоятельно! На…