─ Что ты делаешь? — Пораженно зашептала я. — А если он проснется?
Вздрогнувший всем телом напарник, неловко повел рукой, и непроизвольно загнал прутик значительно глубже запланированного. У спящего задергался нос, перекосился рот и он оглушительно чихнул, подскочив с лежанки и растерянно оглядываясь. Но мы-то с напарником уже слились с окружающей обстановкой, старательно посапывая, Антонов умудрился даже всхрапнуть «во сне». Выдали листики, которые он обдирал прямо на свое одеялко.
─ Ах ты подлец! — Воскликнул оскорбленный Стасик, хватая оппонента за грудки. — Ты за это мне ответишь!
─ Всегда к вашим услугам! — Прозвучал ответ в лучших традициях жанра.
─ Где и когда?!
─ Да хоть здесь и сейчас!
─ Здесь не уместно! Дама смотрит!
Смотрит — не то слово. У меня глаза скоро лопнут. Дуэлянты хреновы. Шуты гороховые.
─ Выйдем поговорим?
─ Можно. — Перешли от французской трагедии к кабацкой драме.
Как были так и вышли. У Антонова положение было заведомо невыгодное — он был в майке, за ворот которой его сейчас и полоскали. Противник же был обнажен по пояс, и там хватайся, не хватайся… Дверь за парнями захлопнусь, прикрыв мне обзор. Пришлось передислоцироваться к окошку. Черт, запотело все и в подтеках, но хоть что-то. Ага… напарника уже избавили от маечки… а Стаса уже частично и от штанов… бр-р, с головой в сугроб, наверное холодно… надеюсь это вольная борьба, уж больно выглядит все это подозрительно… бокс… теперь, кажется что-то из восточных единоборств… площадку разровняли на совесть, осталось залить и можно кататься… Нет Кирюша, затылком об снег — толку не будет. Ага! Кажется и сам понял, перевернул вниз лицом и продолжил методично окунать… У дома собрались болельщики. От мужской половины поступали конструктивные советы и замечания по технике приемов. От женской охи, ахи, «только не по лицу» и «картошка остывает!».
Устали оба, это было видно, держались на одной силе воли, но на чью-либо капитуляцию не стоило и рассчитывать. Может предложить продолжить после завтрака, а там глядишь от еды раздобреют и перестанут маяться дурью? Все разрешилось само собой. Запутавшись в съехавших трениках, Станислав ударил лицом в грязь… в снег, Антонов далеко не рыцарь, потому уселся сверху, придавив затылок противника коленом, и что-то нравоучительно ему поясняя, потом похлопал того по плечу, и направился в дом.
Народ зрелищ получил, потому разбежался за хлебом. И мне наверное пора. Помогать поверженному не было ни малейшего желания, после вчерашнего я перестала питать какие-либо иллюзии. Быстренько одевшись, покинула «спальню», избегая оставаться со Стасом наедине. А в Доме все уже завтракали, собравшись огромной шоблой у общего стола, гвалт стоял неимоверный, все цапались, гавкались, грызлись. Только Куджо довольный, гордый, молчаливый, обозревал происходящее с хозяйских колен, хитро посверкивая выпуклыми маслинами глаз, заметив меня, рванул приветствовать. Подхватив раздувшегося в сытой утробе кобелька, я согласилась с напарником в том, что касается гадюшника. Как эти люди могут уживаться — уму непостижимо!
─ Нин, передай-ка мне сальца!
─ Ты сдурела-либо, сестра? И так прибавляешь по три размера в год!
─ Именно поэтому я замужем, а ты четвертый десяток разменяла старой девой!
─ Да мне просто мужик ни к чему! Я сама себя могу обеспечить! А не висеть на шее у мужа — слабовольного, слабоумного импотента!
─ Этот импотент сделал мне троих детей! И зарабатывает вдвое больше тебя! А ты и нафиг кому нужна!..
─ Ну Стас, как твое дело продвигается? Продолжаешь скрывать от государства свои доходы? Не вернешь мне долг в срок, пойду к налоговикам!..
─ Что, твои оболтусы так и ходят в класс коррекции?..
─ В семье не без урода, если человек неудачен, то он неудачен во всем!..
─ Папа, я слышала, твой секретарь на корпоративе перебрала, и таксисту пришлось доставлять ее до кровати. Ай, как неприлично, в ее-то возрасте! Еще колбаски?..
Бедненький Андрей Борисович, и ведь это его семья, он здесь не в гостях, не на два вечера, а на всю оставшуюся жизнь. Всю жизнь видеть, слышать и понимать, что твои кровиночки хают и унижают друг друга, и добиться хоть какого-то единения случается лишь раз в году, неимоверными усилиями. Да плюнуть и растереть, на таких родственничков! У нас в детдоме было больше душевности!
В такой обстановке, кусок в горло не лез, что само по себе удивительно, и стало для меня открытием. Перехватив пару картошин и кусочек пресловутого сальца, откланялась, сославшись на утренний собачий туалет. Но, судя по тому что Куджо не проронил и капли, его гуляли до меня. Закрыв на это глаза упорно пробиралась сквозь сугробы по поселку, всего менее желая возвращаться. Мопс шнырял в снегу, в поисках полёвок. Я так думаю. Как бы там ни было, за десять минут, беспощадно меся снежные заносы, смогла отдалиться лишь на два участка в сторону. Потому заметить и догнать меня было не сложно.