У меня от его рассказа уши горели. Вот, как, значит это выглядело со стороны. Обидно.
− Может и не было у них ничего. Может, она просто жила рядом. — Заступилась я за себя.
− Может и не было. — Легко согласился Вася. — Может, поэтому, Киря и не любит вспоминать про тот случай.
В голове роились мысли самого разного толка, стаканы натирала уже по третьему кругу, а оставить тему никак не могла.
− И много у него было… ну… — я замялась, не зная как сформулировать.
− Баб-то? — Пришел он мне на помощь. — Так, много конечно. Да тока они все одноразовые были. Они ж на него, как мухи на мед слетаются. Нет-нет, да и мне чего-нить перепадало. Эх, золотое было времечко… Может, все-таки поговоришь с ним?
─ Ага, только штаны подтяну.
Васян внезапно нахмурился.
− Это ведь он из-за тебя, я знаю.
− Чего? — не поняла я. Вдруг стало неуютно находиться рядом с ним.
− Чего-чего… Он как с тобой связался, так на человека походить перестал. Ни расслабиться, ни выпить, ни погулять… .
− А, по-твоему, именно это определяет принадлежность к человеческому роду? — перебила я его. Внезапно, стало обидно за напарника. Со дна подниматься стал, а ему это еще и в упрек ставят. — Не заблуждайся, Василий. Если для тебя это смысл жизни, то это вовсе не является догмой для всех. Нажраться до поросячьего визга, покувыркать уличную девку, друзьями — считать собутыльников… Это удел быдла. И, вместо того, чтобы мешать Антонову, выбирать свой путь, лучше бы тянулся за ним следом. Раз уж вместе по течению плыли, то и выплывать вместе легче будет.
− Ты МЕНЯ быдлом назвала?! — Зло перегнулся он через стойку. — Не перегибала б ты палку, милая. Антонова тут нет, за жопу возьму — заступиться некому.
− Не тебя, а твой образ жизни. И Антонов мне ни к чему. Без него дожила до взрослых лет, без него и состарюсь. — А, вообще, он прав. Помочь некому.
− Смотри, а то не научишься язык придерживать, и состариться не дадут.
─ А ты учись друзей выбирать. И отпускать, если они тебе не по зубам. — Боже, что я несу?! Мне об этом что известно?!
Вася просветлел лицом, подмигнул мне, и стал помогать натирать стаканы. После четвертого раза, они сверкали, слепя глаза.
─ Молодец, Томка! — Одобрительно пробасил он. — Может и сдюжишь.
─ Что? — Руки слегка подрагивали. Я-то уже планировала, куда бежать, и как тащить с собой Олю. А тут…
─ Антонова.
Спать-то как хочется. Сил нет. Третий час ночи, а я еще не в постельке, а я еще только плетусь к подъезду. Полусонная Оля, довезла до моего дворика, и покатила к себе, а у меня впереди четырнадцать этажей своим ходом.
Ключ отказывался втыкаться куда бы то ни было самостоятельно, пришлось-таки открыть глаза. В подъезде что-то загромыхало, я вздрогнула, ключи выпали. Пока поднимала, подъездная дверь с силой открылась, шиндарахнулась о стену, и с такой же силой захлопнулась. В ближайшем окне зажегся свет, открылась форточка, и мне от всей широкой русской души, пожелали спокойной ночи, на веки вечные. Пока извинялась, свет включили, во всех ближайших окнах, вплоть до третьего этажа. Ёёё… Как вас много… На всех извинений, боюсь, не хватит. Меня накрыл шквал недовольного гомона. Пока относительно цензурного. За дверью подъезда, продолжал грохотать неизвестный. Наконец, он решил показаться.
И почему я не удивлена? Антонов, с железной бандуриной на плече, слегка пригибался, освобождая дверной проем.
─ О! Ерофеева! — Он был явно приятно удивлен. — Ты, как никогда, вовремя! Пошли, поможешь.
Ага, поможешь. Я никак с недовольными развязаться не могу. Хотя, должна признать с появлением напарника, их ряды явно поредели.
─ Да когда ж это прекратиться, ирод ты этакий! — Возмущалась толстая тетка с первого этажа, ее квартира имела общие с подъездом стены. Думаю, акустика соответствует. — Что ни ночь, так у тебя вечно что-то происходит!
Жильцы согласно ее поддержали, на все лады понося Антонова. Тот, невозмутимо упер трубу в землю, утер пот с лица, обернулся, и:
─ Всем спокойно! Все заткнулись! Мы уже уезжаем!
─ Я сейчас милицию вызову! — праведно визжала баба. — Я тебе сейчас заткнусь!
─ Теть Валь, вызывайте хоть ОМОН. Но, когда он приедет, нас здесь уже не будет. А вот Вы спать до утра точно не ляжете. Давайте миром разойдемся.
А вот мне интересно, я-то где буду, когда приедет этот самый ОМОН? По всем законом природы, физиологии и жанра — в своей постельке. Но, вот он, рядом стоит напарник. А дуракам, как известно, закон не писан.