— О! Анжелика! Ты, должно быть прекрасна как ангел! — Чтой-то он уже по моему начал сопеть.
— Что есть то есть. — Не стала спорить я.
— Как ты выглядишь? Какие у тебя волосики? Попка, грудка?
Бве! Не перевариваю уменьшительно ласкательных вариаций.
— Я раскошная блондинка, с длинными шелковистыми локонами. Они струятся по спине щекоча ягодицы. Полная, высокая грудь четвертого размера тяжело колышется, когда я глубоко и возбужденно дышу…
От мозгового штурма, всех закрамов моего женского начала, забитых в основном, Олькиными рассуждениями на тему саморекламы, меня отвлек звон разбившегося стекла. Развернувшись ко входу углядела Антонова с неприлично разявленным ртом, и битой чашкой в луже у ног. Но шумное сопение Мармышки вновь вернула меня к покинутой стезе.
— Что на тебе надето?
Рванувшийся к столу напарник, натянул такие же наушники, и усердно подсовывал мне журнал на развороте которого возлежала совершенно развратного вида деваха, одетая так, что совсем раздетая.
— На мне... эээ… прозрачный купальник… — скорее спросила. Антонов тут же потыкал пальчиком в строчки под фото. — В смысле, ажурное боди. — Почти по слогам выдала я.
— О!
— Да! — Тут я вспомнила, как Оленька вслух зачитывала особо впечатлившие ее моменты любовного романа. — И сквозь него просвечивают темные ареолы сосков, и золотистый треугольник между стройными округлыми бедрами!
— Сними, сними все это немедленно! — Глотая слова взмолился мужик. — Хочу видеть тебя всю!
— Нет! Ты, своими сильными, мужественными руками, нетерпеливо срываешь с меня тонкую материю, покрывая страстными, влажными поцелуями!
Сидящий без дела напарник, почесывал затылок, подозрительно косясь на меня.
— Да! Да, я такой! Это я! Да!
— Да это ты, моя Мармышка!
— Нет! Больше никаких Мармышек! Зови меня, Тигрище!
Антонов, жестами стал показывать, что пора бы переходить к делу.
— Хочу чувствовать тебя на самом деле! Хочу быть с тобой! Я так не могу больше! — Почти не покривив душой, простонала я. Не долеченное горло село окончательно, першило, все время хотелось откашляться. — Мы должны встретиться и продолжить в реале!
— Да!
— Прямо сейчас! — Поднажала я, под одобрительные трепыхания Антонова.
— Да!..Нет… Подожди… Что прям щас? — Сбавил обороты мой первый фактически любовник.
— А чего тянуть? — хриплю в запале. — Сейчас, пока я не остыла. Накину шубку и приеду куда скажешь! Только шубку. А под ней ни-че-го!
Антонов напрягся ожидая ответа, мужик молчал, обдумывая варианты, я зажав микрофон в кулак, продирала першащее горло.
— Ладно, жду. Записывай адрес.
Мы с Антоновым ударили по рукам. Дело сдвинулось с мертвой точки.
Повезло деду. Родиться в канун Нового года настоящая удача. Сумасшедшая экономия на подарках, только юбилейные открытки заменить новогодними, и можно даже не распаковывать.
— Тома, выплыви на секундочку из своих облаков. — Потормошил меня Василий. — Ты кого предпочитаешь: Красную шапочку, Госпожу горничную или медсестричку?
Не понимая о чем речь, тупо уставилась на Васю. В руках, верзила держал какие-то тряпочки, которые, в силу Васиной богатырской комплекции, казались носовыми платками. Присмотревшись, опознала в «носовиках» мини-костюмы, новенькие, еще даже с ярлычками.
— Признаться, не вижу особой разницы… — несмело начала я.
— Как же так? — Васян поразился до глубины души. — Здесь — красный беретик, во втором — белый передничек, а в третьем… — облизал пересохшие губы — белый халатик…
— С красным крестом. — Педантично дополнил напарник.
В том что Антонов издевается, сомнений не возникало, а вот Вася, казалось, всерьез озабочен моей несознательностью.
— Все их многочисленные различия, останутся незаметны за их длиной и общей, так сказать, площадью покрытия…
— Позволь тебе напомнить, что собиралась идти и вовсе в одной только шубе.
Ну, Антонов, ну, провокатор!
— Это была легенда! — негодующе вскрикнула я. — Или ты решил, что я и впрямь попрусь неглиже?! Знаешь что! Если я позволила вовлечь себя в сомнительную авантюру с этой Мармышкой, еще не означает, что ради ТВОЕГО дела, Я пойду до конца.
— Ради НАШЕГО дела, Тома, не преувеличивай масштабы своих жертв. И, ТЕБЯ никто не заставляет идти до Мармышкиного конца…
Красная до кончиков волос, я схватила первый попавшийся под руку наряд, и закрылась в кабинке.