─ Охренеть. — Философски изрек он, проверяя цел ли череп. — Ерофеева, ты единственный человек, на которого я задолбался орать. Аж зубы сводит при мысли об этом. Я испытываю, почти физическую боль.
Еще бы, так растянуться. Прям во весь рост.
─ Предупредить не могла?
─ Не мог позвонить?
─ Я к тебе пол часа долблюсь! А ты не открываешь…
─ Значит никого нет дома.
─ Это уж определенно. — Тяжко выдохнул он поднимаясь, и стряхивая со штанов излишки влаги. — Планы на Новогоднюю ночь есть?
─ Самые грандиозные. — Кивнула я на три бутылька с мыльными пузырями, на журнальном столике.
─ Отлично! Собирай трихомудья, выезжаем через пол часа. Надо еще в магазин успеть, и добраться до темноты.
─ Куда?
─ Все одинокие и непристроенные собираются у Борисыча на даче. Традиция.
─ И много таких набирается?
─ С каждым годом все меньше и меньше. На тот Новый год четверо всего. Борисыч с семейством, Тонька из бухгалтерии, два студиозуса из курьеров и дядя Ваня — наш сторож…
─ Да уж, видела его. И не боится Андрей Борисыч за обстановку, этот дядя Ваня малость буйственный?
─ Это когда трезвый.
─ Ясно. Ну а ты?
─ Что я?
─ Ну… одинокий и непристроенный…
─ Нет, у меня другие планы на эту ночь. Тебя докину до места, и назад. А до города потом доберешься с остальными.
Собирая вещи обсматривала ситуацию и так и эдак. Какие, собственно, альтернативы? Ольга на праздники в Европе. Встречать дома? Опухнуть от голубых огоньков, киселя и свиной порции салата? Решено, еду к Борисычу.
─ А родственники шефа как к этому относятся? Они не против? — Прощупывала я почву, загружаясь в машину, пока Антонов размещал мои сумки в багажнике.
─ Как бы не относились, этому гадюшнику свежая кровь не помешает.
О как! Может сдать назад пока не поздно?
─ В любом случае, твой приезд разрядит обстановку.
─ Ты что же, совсем ни разу там не был? А рассуждаешь с такой уверенностью…
─ Ну почему же, был один раз. С головой погрузился в семейные уют, тепло и взаимопонимание. — Безмятежность на лице напарника мало вязалась со смыслом сказанного. — Вот кошмары сниться перестанут, может и на второй визит решусь.
─ Что-то мне ехать расхотелось…
─ Можешь остаться, если хочешь. — Пожал он плечами. — Но сумари назад попрешь сама.
Пол часа спустя мы высадились у панельной многоэтажки. Прихватив какую-то клетушку, Антонов поманил меня за собой в подъезд.
─ Надо забрать Борисовскую псину. Обычно он оставляет ее соседке на праздники, но та, сама куда-то внезапно подорвалась, а мопса взять с собой не смогла. Наша задача изъять животное, доставить владельцу. — пояснял он вызывая лифт.
─ Мопс? Это такая маленькая очаровашка? — Восхитилась я.
─ Она самая. — Мрачно кивнул напарник, натягивая на руки толстые дубленые перчатки.
У меня никогда не было домашних животных. У моих знакомых не было домашних животных. Я все еще прибываю в состоянии благостного неведения относительно особенностей их содержания. Иллюзии рушатся очень скоро…
─ Приближаемся молча. — Давал Антонов последние наставления. — Я отпираю дверь и вхожу первый. Следуешь за мной, максимально тихо, загодя открыв корзину. Твоя задача дать мне сунуть туда это чудовище возможно скорее…
Двери лифта закрылись за нашими спинами, мой рот оставался открытым еще долгое время. Что-то неправильно. Он все еще о собачке говорит?
Еще раз прижав палец к губам, Антонов прокрался к двери, беззвучно отомкнув ее, приоткрывая по малу, просачиваясь внутрь. Настороженная его поведением до предела, я на цыпочках перла корзинку следом. В квартире было чисто, тихо, вкусно пахло свежим бельем. Жестом приказав мне ожидать его здесь, отправился обследовать комнаты.
Сюрреализм происходящего я оценивала на тумбочке в прихожей, когда напарник добавил дикости.
─ Ах ты падла! — Взвыл он где-то в кухне.
А мгновение спустя на меня буром перла взбесившаяся образина размером с кошку. В злонамеренном характере ее действий сомневаться не приходилось, потому я здраво рассудив, что от напарника я нагоняй получу, но много позже, втянула ноги на тумбочку.
Бог мой! Это не собака! Это искусственно созданный генетический уродец, нацеленный на причинение максимального вреда! Искусать, обслюнявить, оглушить, свести с ума! Кто по доброй воле заводит такую пакость?!