«Около Москвы устроили два стекольных завода. Один мастер по имени Мигнот, итальянец, управляет одним заводом, который принадлежит царю, находится в 5 верстах от Москвы и называется Измайлов. Его очень хвалят за его искусство, и он выдувает довольно тонкое стекло. Другой завод Духанина находится в 40 верстах от Москвы…»
Мысль об организации стекольного завода появилась у Алексея Михайловича в 1657 году, когда он повелел Гебдону прислать в Московию из-за границы «мастеров стеклянишних самых добрых» и «земли, в чем делается веницейское стекло». По нашим представлениям, измайловское заведение было невелико, завод состоял всего из трех «анбаров», при этом вырабатывалось стекло в одном из них, два других служили кладовыми для готовых изделий и инструмента. Вот краткое описание первого помещения, то есть самого завода: «кирпичная печь, в которой стоят горшки и в них делают стеклянные суды; у ней труба для каления стеклянных судов… печь кирпичная с трубой, в них четыре котла литых железных, в которых золу варят; 3 чана больших, в которых бывает щелок; очаг кирпичный, в который из печи кладут уголье». Вот и вся премудрость. Песок брали с Воробьевых гор, золу — с расчисток леса.
Но давайте посмотрим на продукцию. Делали не только стекла оконные и каретные. На Измайловском стекольном заводе с применением золота, финифти, бисера и натуральных красок изготавливали художественные изделия из стекла: «стеклянные суды» зеленого и белого стекла; стаканы «высокие, плоские, гладкие, чешуйчатые, витые и с обручиками»; солонки, «сулейки льдовые, витые, полосатые»; «стекляницы веницийские с шурупами»; «стекляницы витые с шурупами и без шурупов», «кубки с кровлями и без кровель»; рюмки граненые, тронные; братины, перешницы, мухоловки»… Всех изделий не перечесть. Добавим только «кубки долгие потешные», «кувганы в коих цветы продаюца», лампадки и «подсвешники позолочены». Вот бы весь этот перечень, всю красоту эту перенести в наш современный салон художественных изделий! Ведь все выдувалось, делалось вручную, двух одинаковых вещей не бывало. Недаром сопровождающие царя стольники и стряпчие старались каждый раз что-то получить из изделий завода. В Государственном Историческом музее я узнал, что из всех стеклянных изделий измайловского завода сохранилось всего семь потешных кубков и один кувшин. Находятся они на выставке стекла в Новодевичьем монастыре. Поехал туда и в большой витрине рассмотрел эти вещи в непосредственной близости.
Изделия из белого прозрачного стекла представляют собою потешные кубки — «шутихи». Высокие бокалы в форме перевернутого усеченного конуса на ножке и круглой подставке, на дне бокалов укреплен стеклянный столбик. А на нем на уровне верхнего края бокала посажен какой-то зверь, то ли баран, то ли олень. Стилизованный зверь, словно придуманный нашими современными художниками.
Есть кубок с еще более необычным устройством: стеклянные трубочки, что в середине бокала, соединяются с полым шаром, расположенным под ними. В этом шаре — «яблоке» — есть носик. Чтобы напиться из такого сосуда надо сильно втянуть в себя воздух из носика-«яблока». Тогда из него начинает бить фонтан. Неудивительно, что из многих тысяч вещей, изготовленных на Измайловском заводе, сохранились именно эти «шутихи», можно себе представить, как их берегли.
Еще один такой кубок — «шутиху» — я видел в Эрмитаже. Кубок был украшен сверху не то оленем, не то ослом на подогнутых коленях и имел этикетку: «Кубок-«шутиха». Казенный завод в с. Измайлове (1669—1710 гг.). Фигурный мастер Индрик (Андрей) Лерин». Этот мастер, как я позже узнал, приехал на Измайловский стекольный завод в 1670 году, сразу после его основания, вместе с другими «веницийцами» — Питером Балтусом, Ловисом Моэтом и Яном Арципуром. Только никакие они не «веницийцы», приехали из Голландии, а такое прозвище получили за изготовление стекла в «венецианском духе». Кое-кто из них недолго продержался в России, а Андрей Лерин проработал в Измайлове более сорока лет и оставил после себя учеников, ставших мастерами стекольного дела, скажем, таких, как Борис Иванов и Григорий Васильев.
Стекло Измайловского завода оставило неизгладимый след на всем дальнейшем стекольном производстве России. Традиции русского художественного стиля XVII века подхватили все стеклоделающие заводы страны. Измайловское стекло и искусство мастеров ценились современниками и их потомками чрезвычайно высоко. Эпитет «Измайловское» означал особое, самое лучшее стекло. От этого завода пошел ряд дочерних предприятий. «На измайловский манер» в 1717 году начал выпускать стекло Жабинский завод под Петербургом, ставший вскоре центром стеклоделия. «Села Измайлова стеклянных дел мастера» Софрон Гаврилов и Демид Логинов обосновали в 1724 году завод в селе Ялкине Черноголовской волости. Возникли и другие стекольные заводы, и на них применялась техника и оформление, стиль и тематика изделий, найденные на стекольном заводе в Измайлове.