- Она на испытательном сроке, - отвечаю на автомате, - толку вам от неё мало будет. Пока не раскачалась.
- Да? Жаль. Говорят, хорошенькая.
Сощуриваюсь, чувствуя снова на себе её взгляд.
- Плохих не держим.
- Точно, - смеётся он, - ладно, тогда девятого ждем красавиц.
- Я пришлю договор на подписание завтра.
- Окей. В офис, как обычно. Хорошего вечера.
- Взаимно, Виталий.
Сбрасываю вызов и провожаю взглядом снова торопящуюся со сцены новенькую.
На этот раз в туалет она не бежит. Отправляется в гримерную, снова обхватив себя руками и уткнувшись глазами в пол.
Опять ревет что ли?
12
Это было ужасно. Омерзительно и жутко неприятно.
Я до сих пор чувствую на себе оценивающие мужские взгляды, которые как мокрые листья прилеплялись к моему телу.
Я оттанцевала три танца, а кажется, что отработала полный рабочий день. Настолько морально тяжело мне это было. Сначала подумала, что сбегу, но как представила, что идти мне и некуда, то стало страшно. Без квартиры, знакомых, в чужом городе… Да этот город меня пережует и выплюнет.
Если вдруг что я даже в полицию не могу обратиться, потому что Борис Иванович в прошлом генерал. У него в каждом городе свои люди, и я уверена, во всех отделениях страны уже есть моё фото и приказ доставить домой.
Зеваю, прикрываю рот рукой. Жутко хочется спать. В голове гудит, состояние такое, словно в уши напихали ваты.
- Крох, вечером в шесть жду тебя, - Марго стирает макияж, стоя перед зеркалом и стреляет в меня взглядом в отражении.
- Завтра? – уточняю, неторопливо прижимая ватный диск к векам.
- Уже сегодня, - улыбается, - пять утра. Не спи, - щелкает перед моими глазами пальцами.
Точно… Это же у всех только через пару часов начнется рабочий день. А здесь в этом заведении всё наоборот.
- Не буду, - улыбаюсь, потягивая кофе, который заботливо принесла Рита мне и себе. Ритой мне нравится называть её больше, чем Марго, - Скажи пожалуйста, у тебя никто знакомый не сдаёт комнату случайно?
- Ммм, нет, - качает головой она, - Я сама снимаю у знакомых. Разве что можно у Хеннеси спросить, у неё трехкомнатная. В одной она живёт, а две других делят парни. Может, если бы они потеснились.
- Нет, не надо, - тут же отметаю не слишком хорошую идею.
С парнями жить последнее, что мне нужно. Мне бы подальше от всех. Забиться в уголок и спокойно спать. Парни эти может и хорошие, но я слишком хорошо знаю, какими они могут быть, если, к примеру, выпьют.
Глеб со своими дружками творят самую настоящую дичь, если начинают пить или нюхать запретные препараты. Я имела неосторожность по требованию отчима побывать на одной из таких вечеринок в закрытом клубе. Друзья по футбольной команде Глеба накурились марихуаны и устроили гнусную оргию с их подружками. Я сбежала, когда поняла, что Глеб привез меня туда не для того, чтобы развлечь, как обещал моей маме, а для того, чтобы самому развлечься.
Конечно, никому я не рассказала. Потому что, во-первых, уверена, что отец Глеба в курсе чем занимается его сынок в свободное время, а во-вторых, что бы это дало? Мой отчим настолько грезит родством с Беляевыми, что сам бы при первом удобном случае подложил меня под него.
- Тогда не знаю. Я поспрашиваю у знакомых, если хочешь, - предлагает Рита.
- Спасибо, буду благодарна.
Пытаюсь придумать куда мне идти, но на ум не приходит буквально ничего. В хостел больше не хочу. В дешевую гостиницу – тоже страшно. Остаётся один вариант…
Намеренно медленно стираю с себя макияж, дожидаясь пока гримерная не остается пустой, потом тяну время, поглядывая в зал.
Бармен уходит одним из последних. Выключается свет, заменяясь на обычный, без красной подсветки, и несколько уборщиц принимаются за свою работу.
Перекинувшись парой фраз, расходятся кто куда. Жду пока Татьяна Петровна останется одна.
Она показалась мне адекватной женщиной, возможно пойдёт мне на встречу.
Забрав ведро, она направляется в сторону туалетов и я решаю, что сейчас самое время.
Выхожу, оглядываясь по сторонам, и догоняю её уже внутри уборной.
- Татьяна Петровна, - зову шепотом.
- Ой, напугала, - хватается она за грудь.
- Извините пожалуйста, - глажу её по плечу, успокаивая. – Я не хотела.
- Обычно к этому времени здесь уже никого нет.