Но дело даже не совсем в теме разговора… просто здесь… в стенах этого заведения, и из уст танцовщиц, которые никого и ничего не стесняются, всё звучит в разы откровеннее и в какой-то степени грязнее.
Переодевшись в костюм и стрипы, я осматриваю себя в зеркале. За эти дни я подучилась отключать эмоции на сцене. Лайфхак от Риты. Вышла, нажала внутреннюю кнопку на Трейси и дала ей свободу на танцы и раздевания. Сошла со сцены, переключилась обратно на Лизу.
Я так стараюсь и делать. Пока танцуют девочки, запоминаю их движения, то, как они смотрят на мужчин, как тигрицы на кусок свежего мяса. Как соблазнительно двигаются.
Я стараюсь делать также, но получается не всегда. Едва сталкиваюсь с кем-то взглядом, как кнопка сама отключается и меня замораживает на несколько секунд. Только тогда, в присутствии Александра происходило что-то странное. Пока я смотрела в его темные глаза, направленные прямиком на меня, я как будто чувствовала себя иначе. В безопасности что – ли. Не знаю, как правильно объяснить. Сомнительно, чтобы он был безопаснее тех, кто приходит сюда, скорее наоборот. Но ощущения мои были именно такими.
Именно поэтому, когда я сегодня выхожу на сцену, я снова ищу его взглядом. Но внизу его нет. Зато в кабинете горит свет, и я точно знаю, что на этот раз это не Алла.
Эти дни она его замещала, поэтому взгляд мой туда не тянулся. Сейчас же мечется по стеклу, хотя и безрезультатно.
Алла позволила мне не снимать лифчик, но белье выбирает такое, чтобы одного взгляда было достаточно, чтобы увидеть его содержимое.
Пока я танцую, Рита делает несколько фотографий. Я прошу её снимать каждый вечер. Мой телефон сейчас забит снимками и видео с отвратительным компроматом на саму себя, но этого все равно еще мало.
Спустившись со сцены, прохожусь мимо столиков клиентов. Рита снимает и сейчас, поэтому я стараюсь играть убедительно. Призывно улыбаюсь им, выпячивая пятую точку, чтобы им было удобнее засунуть мне под резинку трусиков купюры.
- Красотка, выпьешь со мной? – предлагает один, которого я вижу здесь уже не впервые.
- С удовольствием, - выжимаю из себя кокетство и ради хорошего кадра присаживаюсь ему на колени. – Голубую лагуну, если Вы не против?
- Я только за для такой конфетки.
Ухожу, чтобы принести ему и себе две лагуны. Как водится, себе безалкогольную. Так как Рите нужно уходить на сцену, она коротко взмахивает мне рукой. Я же, отойдя на секунду, чтобы забрать у неё телефон, возвращаюсь обратно. Сажусь на диван рядом с Георгием и делаю вид, что сильно пьянею от его комплиментов и алкоголя.
За сценой у нас находится организатор – Алина. Обычно курирует нас Алла, но так как она была занята эти дни, роль куратора взяла бывшая работница клуба. Алина внимательно следит за тем, кто из девочек не занят в моменте клиентом, и может выйти на сцену.
Делаю пару глотков и хмурюсь. Вкус у коктейля оказывается немного странный. Не такой, как вчера делал Артем. Но я уже заметила, что они с Пашей хоть и готовят по одному рецепту, а все же делают это немного по-разному, поэтому значения не придаю.
Отвечаю Георгию на расспросы о себе. Как долго я здесь, что меня сюда привело, и отчего-то чувствую, что в клубе становится жарко. Сначала у меня начинают гореть уши, а потом это тепло странным образом опускается вниз к животу.
Сказать, чтобы я была пьяная – вроде нет. И тем не менее ощущения у меня сомнительные.
- Вкусно? – склоняет голову мужчина, заглядывая мне в глаза.
- Да, благодарю.
Оставить Георгия и половину бокала я не могу, так как это не по правилам, поэтому несмотря на странное головокружение и томление внизу живота, мне приходится поддерживать «беседу» и неустанно благодарить. Вообще благодарить и возносить каждого мужчину в ранг Бога Аполлона является одним из главных требований. Клиенты должны уходить удовлетворенные не только физически, а и с раздутым от женского внимания эго.
Пока сижу, зачем-то периодически поднимаю взгляд на окно Александра. Озвучить сама себе по какой причине это делаю – не могу. Иногда кажется, что он стоит там и смотрит, как тогда, в первые дни, но, когда я оборачиваюсь – за стеклом никого.