Какое-то количество переездов на съемные квартиры и за город досточтимые просто не заметили, зато заметили люди с Литейного. С их точки зрения, переезды и переселения именно этих людей были более чем закономерны.
После получения сводки от да Онгая об окончательном разделении свободного бизнеса и официальных структур Димитри дождался появления Вейлина и снова пришел к нему без предупреждения. После его летней самодеятельности получилось в итоге так, что ни один бюджетник не мог с портала купить вообще ничего. Если у сотрудника бюджетной организации была родня, то он мог попробовать провести сделку через них, но это был муторный и долгий процесс. И получалось, что вопросами официального обеспечения города товарами первой и второй необходимости нужно заниматься срочно, а времени, денег и людей на это нет. И если через год-другой север края сможет обеспечивать бюджетников города овощами и ягодами, то пока что все напряженно даже с этим, а что до белья и мыла - они в теплицах, вообще-то, не растут.
Разговор наместника и достопочтенного уже начался на повышенных тонах, а затем довольно быстро перешел из словесной формы в другую, более естественную и менее цивилизованную. Вейлин, не отличавшийся, как князь, высоким ростом, брал проворством и решительностью. А еще он при обманчиво легком сложении отличался устойчивостью и прочностью костей и суставов. Димитри и не заметил, как отхватил в скулу в ответ. Впрочем, у них обоих хватило если не ума, то везения остановиться до того, как была бы пройдена грань, после которой, закончив драку, еще дней пять невозможно выйти из комнаты и показаться людям. Некоторое время они стояли в разных углах комнаты молча. Затем князь произнес:
- Я тебе все сказал, Вейлин. И это был последний раз, когда я тебя пытался предупредить по-хорошему.
Достопочтенный осторожно потрогал челюсть и промолчал.
- А что это у наместника с лицом?
- Где?
- Левый глаз, третью минуту смотри. Тональник положен качественно, но все равно видно.
- Хм, и правда. И отек порядочный. Ну, может, на тренировке не повезло...
- Или флиртовал неудачно.
- Да ну, брось. Хотя... да, тоже версия.
12.12.2024, внутренний чат пресс-службы администрации империи в крае.
Унриаль да Шайни ненадолго пришел в себя за двое суток до местной Долгой ночи. Его сиделка немедленно позвонила Димитри, и он пришел к маркизу, бросив все. Унриаль выглядел как неудачно оживленный мертвец, но действительно все осознавал и понимал. Примерно с четверть часа или около того. Он спросил, какой год, месяц и число сейчас по счету саалан и по местному календарю. Выслушав ответ, сказал Димитри, что очень рад видеть его живым. Потом немного отдохнул, глядя в потолок. Спросил о судьбе края, узнал, что князь уже не легат, а наместник, и порадовался этой новости. Через еще некоторое время спросил о судьбе некоторых своих людей. Большинство были живы, но не все. Часть тех, кто интересовал Унриаля, пали жертвой акций возмездия, как Сопротивление называло свои действия. Маркиз попытался даже кивнуть, услышав это, и смог пожелать своим вассалам легкого пути за Грань. А затем уснул или потерял сознание.
На следующий день князь, спросив сиделку об изменениях с маркизом, узнал, что тот опять плох. Почти не ест, почти не шевелится, тихонько бредит, точнее, уходит в видения. На попытку позвать его по имени и умыть он ответил потоком слез. Когда в его комнату снова вошел Димитри, маркиз потерял сознание. Говорить о том, чтобы перевезти его в столицу, не приходилось: из портала вынимали бы уже труп.
30.12.2024. Как построить киллдозер. Второй главный вопрос: когда?
А вот когда. Когда спасать уже нечего, включая себя самое. То есть, если опираться на известную поговорку "чем круче джип, тем дальше идти за трактором", время для этого проекта определить очень просто. Оно настанет, когда вы поймете, что вы настолько круты, что вытащить вас стоит больше, чем у вас вообще может быть. Или что вы приехали, а ситуация, которую вы спасали, продолжается, и с ней, в отличие от вас, все пока в порядке.
Этот пост был целиком посвящен истории того самого Марвина Химайера, американца из глубинки, именем которого Аугментина назвала раздел постов в своем блоге и поведение которого она предлагала как образец для творческого осмысления своим последователям. Методы, построенные на базе этого опыта, оказывались удивительно рабочими, хотя и крайне рискованными. Но князь любил азарт и риск. Ему эти идеи нравились.