22.04.2025. Как построить киллдозер. Окончание.
Все, кто поет вам про бессмысленность и вредоносность ваших решений, должны быть помещены в категорию врагов сразу и однозначно. Не надо объяснять и доказывать. Надо увеличивать дистанцию любым доступным способом. Если вы не слышите возражений, или вторая сторона не в состоянии говорить - все правильно, так и должно быть. Если диалог продолжается, вы что-то не доделали.
Годным итог этого шага можно признать, когда вы видите, что вторая сторона больше не будет, потому что не может. Неважно, почему не может. Главное, что со своими целями и проблемами эта вторая сторона остается наедине, без вас.
А теперь краткое резюме. Если вам причинили вред и не остановились на этом, то лучшим способом избавиться от агрессора будет такой. Позвольте ему зайти достаточно далеко, чтобы он тоже получил повреждения от своих действий, разрушающих вас. Спокойно примите разрушающие воздействия. Это поможет вам навсегда избавиться от повторения такой ситуации. Ведь заплатив за свободу куском мяса со своего живого тела, никто не захочет повторения. Вот и пройдите это до конца, чтобы больше не повторять. Идея договориться чаще всего базируется на эффекте "еще одной попытки", которая кажется тем более необходимой, чем очевиднее, что и предыдущая была лишней. Сделайте эту лишнюю попытку осознанно и усвойте урок. Затем ответьте. Симметрично или адекватно - не так важно, тут уж на ваш вкус.
Но имейте в виду, что вас за это попытаются очень громко не любить. Именно те, кто имел на вас планы, как на еду, и кто был намерен, осознанно или не очень, почесать об вас свои иллюзии. Вой в любом случае будет до небес. Собственно, по громкости воя вы и сможете убедиться в том, что сделали все правильно и хорошо. Ну или поймете, что сделали недостаточно, и нужно продолжить. Только, пожалуйста, не примите этот вой случайно за разумную речь. Разумная речь бывает до того, как вы поймете, что спасать тут уже нечего, включая вас лично. А все, что вы можете принять за нее, когда вам жалеть уже не о чем - это инстинкт самосохранения оппонента, включившийся слишком поздно. И поскольку выключить его вы уже не можете - не принимайте во внимание или попытайтесь получить удовольствие, других развлечений в таких обстоятельствах все равно не будет.
Маевку отмечали уборкой на заброшенном Пискаревском мемориале. Красавчики кривились, особенно те, что в сером, но поскольку народу было порядочно, разгонять не стали. Полина была там тоже и со всеми вместе мела плиты центральной аллеи и ступени мемориала. Там же она встретила нескольких сослуживцев, пришедших на маевку в свой законный выходной, а некоторые и в отсыпной. Встретившись и расцеловавшись с девчонками, за работой они обменялись новостями: Полина поаккуратнее, девчонки посвободнее. Мужики были дальше и взяли на себя более тяжелый труд: уборку упавших за зиму сучьев и стволов на окраинных частях кладбища, побелку стволов и прочее такое, - так что разговор получился чисто женским. Марина была, разумеется, в "кофейной бригаде" и не узнала того, что подруге по огромному секрету, и так известному половине города, излагали бывшие сослуживицы. Поэтому обсуждать все услышанное Полина приехала к Марине, отчасти понимая, что до своего Купчино с Гражданки она уже точно не доберется. После душа, сидя в Маринином запасном халате у кухонного стола, она рассказывала подруге новости, принесенные с мемориала.
- В общем, Мариш, если отжать воду и сцедить совсем уж муть, получается, что внук наместника был в числе ликвидаторов и сейчас лежит в общем захоронении в Сосновом Бору.
- Поля, но тогда его первые выходки как минимум понятны? - Марина показала Полине пачку сигарет и вопросительно взглянула на подругу, та потрогала влажные волосы и поморщилась, прося подождать с очередной сигаретой. Это, конечно, не сильно спасало: возвращаясь от Марины, Полина стирала все, что на ней было, включая белье. Но все-таки разница ощущалась.
- Знаешь, нет. Потому что вряд ли он об этом узнал немедля по прибытии. Иначе они бы это захоронение перевернули по косточке, чтобы своих от наших отделить.
- Но, может, у него тут уже были жена или дети? Ну если внук тут.
- Мариша, стой, - Полина засмеялась и потянулась за печеночными оладьями к миске, стоящей на столе.