- Хорошо, досточтимый, - сказал, наконец, князь, заметив, что Нуаль давно молчит и смотрит на него в ожидании то ли какого-то решения, то ли ответа на заданный вопрос. Вопроса князь не слышал, но предполагал, что пропустил его, погрузившись в размышления.
- Что хорошо, пресветлый князь? - вздохнул досточтимый.
- Все, что ты сделал, - улыбнулся Димитри. - Зная эту девушку, я могу тебе уверенно сказать, что ты принял лучшие возможные решения. Передай их сержанту, что я хочу видеть ее сегодня вечером. И... Благодарю тебя.
Нуаль сокрушенно развел руками:
- Мне все еще кажется, что были лучшие варианты.
- Не было, - обнадежил его Димитри, - точно не было. Хорошего дня тебе, мудрости и терпения.
Он отставил чашку, вздохнул и поднялся из кресла. Пора было начинать день.
Вернувшись от князя, я доложилась дневальному, но в подразделение пойти не рискнула, а отправилась в комнату отдыха, типа, прибраться там. Но там уже была Саша.
- Что, жива? - спросила она меня.
- Ну, вроде, - ответила я неопределенно и после паузы добавила. - А вам что было за вчерашнее?
- Не нам, а им, - пожала она плечами. - Мы, как увидели, что происходит какая-то хрень, просто к стенке отошли, чтобы не сделать хуже. Тут ведь как: не понимаешь - не лезь, пока приказа нет. А приказа в таком быть не может. Вот нас Нуаль сегодня и выставил, как не участвовавших. И меня, и Славу, и Аньку. А вот их он шлифовал с песочком, я из-за двери слышала: что-то про человеческий облик, и чего от них ждать в следующий раз, не начнут ли кусаться и пищать, как малые существа. Я не поняла, он их с крысами сравнил, что ли?
- Да кто же их разберет, - я взяла стремянку и тряпку и попыталась подняться на верхние полки, но Саша поймала меня за ремень:
- Нет уж, лучше цветы полей и опрыскай, знаю я тебя.
Я кивнула и послушно пошла приводить в порядок наши джунгли. До оранжереи, конечно, они не дотягивали, но вообще у нас было богато: от традесканций до земляники, и все кустилось, колосилось, цвело и даже плодоносило. Земляничинами, выросшими в комнате отдыха, награждали особо отличившихся в течение месяца. Сюда саалан приходили просто отдохнуть и посмотреть на зеленые листья. Чем-то это напоминало Созвездие и сады моего Дома. От этого было больно, так что я не любила это место и старалась не приходить без нужды или сидела в библиотечном углу. Но поливала цветы, когда отправляли, старательно и без халтуры. Они-то не виноваты.
Некоторое время мы молча занимались каждая своим, а потом Саша, убрав стремянку, позвала меня покурить и уже в курилке высказалась:
- Вообще, я поразилась, как они с тобой вчера... Нежно прямо-таки. Никто даже не дернулся по морде выдать. Будь наши на их месте, ты бы завтракала уже в санчасти, сто пудов. Кстати, тремя днями могла и не отделаться.
- Да лучше б санчасть... - вздохнула я.
- Не знаю, - она отвернулась выбросить окурок. - Я так ни разу не огребала. Мне, знаешь, иногда кажется, что ты целью задалась их довести до точки кипения.
Я промолчала.
С утра на разводе была Асана. После команды "разойдись", она остановила меня, как обычно, посмотрела, с каким-то странным лицом сказала свое стандартное: "Жива? Ну и хорошо", - и отбыла.