- А, политические разногласия... не с императором, надеюсь?
- Да нет, - князь постучал пальцем по столу, подбирая слова. - С церковью.
Ранда кивнула:
- Да, предсказуемо, это нормальный этап развития любой культуры.
- Верю... - сказав это, Димитри долго молчал, глядя куда-то мимо собеседницы, и вдруг, посмотрев ей прямо в глаза, продолжил реплику. - Только в нем, кажется, не принято выживать людям, ценящим чужую жизнь чуть больше, чем великие идеи. И тем более не принято выживать тем, кто пытается сохранить память о прошлом.
Ранда чуть сдвинула брови:
- Что тебя связывает? Что мешает сохранить им жизнь?
Димитри пожал плечами:
- Мировое сообщество Земли против того, чтобы мы пользовались порталами за пределами края. А наша церковь против распространения заразы. Они так называют половину местных традиций. А мне и так попало за Эрмитаж и за прочие культурные памятники. Но у церкви свои резоны, они совсем не против того, чтобы я и дальше выслушивал от мирового сообщества все, что оно думает по поводу идей наших священников, под которыми подписываться тоже должен я.
Ранда вдруг мимолетно улыбнулась:
- Я думаю, вопросы со зданиями ты решишь и сам, ты уже большой мальчик. А насчет людей... - в ее голосе послышалась озорная усмешка, но лицо вновь было серьезным, - и насчет порталов... - она пожала плечами и сказала совсем весело. - Вот лично я местному сообществу ничего не обещала. - И вдруг она снова стала очень серьезной. - Так что когда ваши священники начнут просвещать народ огнем и железом, ты дай знать через любого из наших, мы все сделаем.
Удивленный князь мог только поблагодарить гостью и сестру по Искусству - и смотреть, как она выходит из его кабинета, мелькнув краем блекло-лиловой накидки в дверях.
Саню похоронили рядом с родителями, на Южном кладбище. Над урной поставили временный обелиск, повторяющий формой солдатский времен Великой Отечественной и тоже фанерный, только вместо звезды на его вершине закрепили адмиралтейский кораблик. Полина сказала, что нужно будет в течение года заменить его таким же по форме, но из стальных листов, и обещала выделить деньги. Марина разместила на сайте "Света в окне", сократившегося с трех разнородных программ до простой и понятной правозащитной организации, некролог и два фото. На последнем прижизненном, прошлогоднем, Саня белил мочальной кистью яблони Пискаревки, а вторым было фото с места захоронения. Димитри увидел эту новость среди прочих, просматривая обновления в сети, кивнул и сказал: "Хорошо". Он не знал, когда и как состоится разговор с оппозицией, но надеялся, что сейчас поставил первую точку для будущих переговоров. Если, конечно, удача все еще с ним, и они его верно поняли.
Прямо перед Короткой ночью достопочтенный нашел дополнительное дело и для Дейвина. Рьяные братья из Святой стражи обнаружили в городе группу людей, общим делом которых был бой на мечах для собственного удовольствия. Эти люди никому не угрожали, не использовали свое искусство никому во вред и зарабатывали себе на жизнь вовсе не им. И, в общем, не были заинтересованы себя рекламировать. Но досточтимые нашли их помещение, явились, сообщили, что усмотрели в их занятиях "отправление ненадлежащих ритуалов", и обвинили в этом всех присутствующих скопом. Огласив свое мнение об увиденном, они предложили изобличенным в недолжном проехать в администрацию империи, но их ждал неприятный сюрприз. Люди решили, что они уже все равно заработали себе смертную казнь и терять им нечего. Досточтимым, не выбирая выражений, рассказали, кто такой достопочтенный и где его место в этой жизни, а после этого перешли к вопросу правомочности присутствия в крае саалан в принципе. Прозвучало предположение, что в одном случае все-таки присутствие пришлых правомочно: двумя метрами ниже уровня грунта для них достаточно места, и уж там их точно никто не потревожит и не огорчит. После этого серых братцев и сестриц, не разбирая их достоинств и статей, выкинули за двери помещения клуба. Все услышанное досточтимые принесли Вейлину, вместе с коллекцией синяков и шишек. А он вызвал к себе графа да Айгита и потребовал, чтобы тот разобрался с этой новой угрозой.
Дейвин выслушал с каменным лицом и ответил:
- После праздника.
Вейлин согласился: выбирать ему не приходилось. Летнепраздник принес свои неурядицы, и достопочтенный хотел было напомнить графу о застрявшем деле с этой группой, когда да Айгит пришел к нему сам. Пользуясь тем, что формально светлое время еще не кончилось, граф вытащил достопочтенного из постели и начал доклад.
- Вейлин, вот и окончание той истории между твоими людьми и фехтовальным клубом. Сегодня я судил два поединка чести: местные из той компании против наших. У нас один мертвый и один раненый, у них так же. Вердикт первого поединка: ты... - Дейвин совершенно обыденным тоном сказал русское слово из непечатных и продолжил фразу, - какими бы ни были их ритуалы. И отстаньте от этих людей.