А дождь в этот сезон у нас по условию, поэтому и писать о нем смысла нет. А именно он, пакость такая, уменьшает угол обзора, заставляя пользоваться капюшонами по полной - по сезону - бесполезности зонтов; он забрызгивает очки, делая предположительным то, что еще неделю назад было очевидным; он смывает песок, обнажая остатки льда на асфальте и придавая им дополнительную скользкость; не говоря уже о том, что автомобили на условно проезжей части при этой видимости едут настолько же по наитию, насколько ты идешь через оную проезжую часть, а сосульки падают на этот самый тротуар со всех поверхностей выше твоей головы, образуясь на счет "три" из только что выпавшего дождя и остатков позавчерашнего снега... И болит плечо, в котором ворочается осенний миозит, да так хорошо болит, что пакет с книжкой на 150 страниц и неюзаемыми в данный момент перчатками уже кажется неприятно тяжелым.
...весна в Питере начинается с грязного и вялотекущего скандала земли, которой надоело ждать, и солнца, у которого есть масса других прикольных мест на потусоваться в конце марта и начале апреля. Солнце поэтому в такое время тут бывает редко, и подняв голову, видишь над собой только все оттенки серого. И единственный запах, наполняющий город, - это запах воды.
Это потом он рассыплется на тяжелую волну, ползущую от вскрывшейся Невы, и аромат корюшки, витающий над ней и в кварталах, на запах тополевых почек и квасных бочек... пока что это просто вода пахнет. Зато ее много. И серого цвета тоже.
Две недели этого еще будет. Еще две недели серого и мокрого города. Самое время для чтения, если тебе еще нет пятнадцати. Весной хорошо читать фантастику, труды античных философов и все, что касается вопросов отношения людей с другими людьми.
Из блога "Школа на коленке", предпоследний пост, 28 марта 2027 года.
Марина в это время уже говорила с Валентином и оказавшимися в гараже другими байкерами из состава правления клуба, вторым Валентином, или Валькирычем, и Иваном, заменившим самого Валентина на сержантском посту. Ее выслушали, кисло покивали, сказали: "Давай надеяться на лучшее, может быть, еще обойдется" - и отвезли домой на Патриоте Ивана, времен очаковских и покоренья Крыма, но живом и бодром. Дома Марина повздыхала, походила из угла в угол, накапала себе валерьянки и сказала в потолок: "Да, может, и правда обойдется, что мы, в самом деле".
А на следующий день, когда все проспались после пьянки в городе, Сержант передал меня под начало Инис. Ее основной заботой была координация действий между отрядом и ветами. Как сказал Сержант, бегать я могу, пока Черный шар не побелеет, - и я мысленно сделала себе пометку "спросить у князя, что это за артефакт", - но быть мне пока в оцеплении, ветеринаров контролировать. Надо сказать, что Инис я несколько опасалась еще с того времени, когда она гоняла меня тряпкой по всей казарме. Я всего лишь вышла из душа в полотенце, ничего такого не имея в виду, а для саалан, с их свободными нравами и легким отношением к интимной близости, обнажение вне спальни выглядело намеренной провокацией. Вот мне и досталось. Впрочем, досточтимого никто в известность не поставил, так что обошлось хотя бы без нравоучений.
Отряд готовился к дежурству. Охота! Обычно ее предвкушение не только сплачивало всех, но и заставляло то ли отложить на время, то ли и вовсе забыть все имеющиеся противоречия. Проверка снаряжения, торг с интендантами за какие-то особые припасы, недовольное бурчание магессы, привычный стеб надо мной, споры, кто первым завалит оборотня да кто больше трофеев добудет. И все, казалось бы, как всегда, но вот обычного ощущения, что люди делают одно дело и оттого счастливы, почему-то не было. То ли разговоры были слишком короткие, то ли шутки друг над другом слишком злые, то ли еще что - но меня что-то смущало и тревожило. Впрочем, слишком задумываться было некогда.
От Инис я получила вместе с обещанием "крапивой по заду, если что будет не так" несколько талмудов с регламентами взаимодействия, протоколами сотрудничества и прочими техниками безопасности, столь любимыми и ценимыми саалан. Вот и получилось, что все оставшиеся дни до начала сезона я ходила хвостом за Инис, слушая, как она ругается с ветами, ездила с ней смотреть базу на пересечении Краснофлотского шоссе и Кольцевой и считала запасы вакцины и антисептика. Времени не было не то что на долгие посиделки с Лейдом за кофе - на простой разговор. Князь сказал "встретитесь после дежурства", князь сделал. И меня это только радовало. Ну а других грело как предвкушение Охоты, так и воспоминание о пьянке, потому что теперь до поздней осени увольнительные будут максимум на сутки и вот так прошвырнуться в город всем отрядом никто не отпустит.