Окружающий пейзаж изменился до неузнаваемости. Трава, кусты, деревья, днем искрящиеся всевозможными яркими оттенками зеленого цвета, сейчас выглядели абсолютно черными, без единого светлого пятнышка. Лес вдалеке сливался с чернеющей перед нами почвой. Но вот небо — это нереальное, захватывающее зрелище. Как будто я блуждаю на космическом корабле по бескрайним просторам вселенной и упиваюсь видом многочисленных мерцающих серебристым светом скоплений звезд. Некоторые звезды горят ярче открытого огня, другие — еле видны за туманной дымкой.
— Удивительно, — прошептала я, замерев от восторга.
— Красота, — так же тихо промолвил Михаил. — Когда еще такое увидишь.
— Это… это что такое! — как гром среди ясного неба, сзади нас раздался голос.
Мы с Михаилом резко обернулись… и увидели Ольгу, стоящую перед нами босиком, одетую в ночную пижаму, с всклокоченными ото сна волосами.
— Это что такое! — повторила она громким голосом. — Вы что творите!
— Ольга, успокойся. Всё нормально. Мы вышли на пять минут, — пытался успокоить её Михаил.
— Успокойся? Вы что тут делаете? — как заведенная, голосила Ольга. Её крики эхом разносились по всему лесу и, что самое страшное, по всему павильону. Она могла разбудить всех. — Вы нарушаете правила! Вы не спите! Это запрещено! Вас поймают!
— Ольга, да успокойся ты уже, — примирительным тоном с улыбкой сказала я, пытаясь обратить всё в шутку.
— Как я могу быть спокойна! Вы же преступники! Мне придется…
Ольга, не договорив, покачнулась и упала на пол павильона, по другую сторону двери. Я посмотрела на Михаила — он стоял с инфразвуком в руках, пальцами сжимая рычаг переключения мощности.
— Ты убил её, — с ужасом прошептала я.
— Не убил, просто отключил её. Она же всех могла разбудить!
— Да как же так?
— А что ты предлагаешь делать? Стоять и ждать, когда прибегут все остальные?
— Что теперь делать? Что теперь делать? — повторяла я, не находя ответа на свой вопрос.
Михаил снова взял всё в свои руки.
— Валерия, слушай меня! Ты берешь её за ноги, я за руки. Оттащим её до нашей палатки.
— Что теперь? — спросила я, когда мы стояли уже на входе в палатку.
— Сделаем так. Я сейчас занесу Ольгу, уложу её в контейнер и выйду. Ты жди меня. Потом зайдем вместе, я помогу тебе добраться до контейнера, если ты заснешь.
— А ты сам не заснешь?
— Лучше пусть меня обнаружат спящим на полу, чем Ольгу или тебя. Готова? Жди меня.
С этими словами Михаил взвалил на плечо хрупкое неподвижное тело Ольги и исчез в глубинах палатки. Три минуты. Пять минут. Семь минут. Он не появляется. Что же делать? Я лихорадочно обдумывала возможные способы решения проблемы. Выход один: задержать воздух в легких, не вдыхать фторотан, пока не уложу Михаила. Он, вероятно, уснул, не успев выйти их палатки.
Я несколько раз вдохнула-выдохнула, затем сделала глубокий вдох, как будто собиралась нырнуть под воду, и вошла в палатку. Так и есть. Михаил лежит у Ольгиного контейнера. Стараясь не выдыхать, я подбежала к Михаилу, схватила его за руки, оттащила к его контейнеру, закинула туда его ноги… Больше нет сил, надо вдохнуть. Вдохнув уже полной грудью усыпляющего газа, я с неимоверным усилием затолкнула Михаила боком на его место, с грохотом сама захлопнула его крышку, не дожидаясь автомата, бегом пересекла палатку и плюхнулась на свою походную постель.
— Время 06.00. Подъем!
Открыв глаза, я сначала удивилась своим видениям. Надо же, видеть ночное небо собственными глазами, тащить бесчувственных Ольгу и Михаила. Тут мой одноименный поднялся из контейнера и подмигнул мне, как бы говоря «спасибо». И я поняла, что всё случившееся ночью было реально: блокиратор фторотана, темный павильон, звезды, ладонь Михаила, сживающая мою руку, бьющаяся в истерике Ольга… Ну и приключение!
Я с опасением глянула в сторону Ольги. Она уже встала, натянула наверх пижамы комбинезон и как ни в чем не бывало отправилась в гигиенический блок. Ха, как всё оказалось просто. Мы совершили страшное преступление против правил, и всё обошлось. Прекрасно!
После завтрака мы продолжили поисковые работы: прозондировали еще раз почву, нашли место стыка железных опор, ввезли экскаваторный механизм, раскопали яму диаметром три метра, отчистили место раскопок вручную и нашли массивную железную плиту, сильно покореженную от времени, однако еще достаточно крепкую благодаря её расположению под землей изначально, а не в процессе зарастания планеты новой растительностью. Осталось только отодвинуть эту плиту — и мы внутри, в самом сердце старинного жилья наших предков. Может быть, я, или Ольга, или Антон, или сам руководитель прятались в этом бункере от стихии и мародеров. Но тут — обед. Как всегда не вовремя.