— Я хочу завязать тебе глаза.
— Зачем? — даже возмутилась я, однако позволила надеть на себя широкую белую ленту, которую Василий без устали теребил в руках. Повязка плотно закрыла мне глаза, так что я абсолютно ничего не видела.
— Но как я пойду? Я же совершенно ничего не вижу, — сказала я, чувствуя, что моя дрожь становится внешне ощутимой. Не дай правитель, Василий заметит.
— Я тебя проведу, — таинственно шепнул мне на ухо Василий. Я услышала, как раздвигаются двери, ведущие в скафандрную комнату, и почувствовала, как правитель своими сильными теплыми ладонями обхватил меня за плечи и медленно повел вперед. Мои эмоции выплыли наружу от этого прикосновения: колени дрожали, руки покрылись мельчайшими пупырышками, сердцебиение участилось раза в два, не меньше.
— Мы на месте, — наконец сказал Василий, убирая руки с моих плеч. Я испытала огромное облегчение, избавившись от преступных прикосновений, и одновременно жалость от того, что я лишилась теплоты его ладоней, мягко согревающих мое тело.
Василий развязал повязку, которая, теперь уже бесполезная, медленно упала к моим ногам. Перед моими глазами было всё то же помещение, предназначенное для облачения в защитный скафандр перед посещением вакуумной комнаты. Но отдельные детали совершенно изменили его визуальный облик. Обычно ослепляющий желто-белый свет был слегка притушен, так что в комнате царил полумрак. Вдоль стен были развешены переносные светодиодные лампы, накрытые сверху разноцветными лоскутами: синими, красными, зелеными, желтыми, отчего по полу и потолку скакали такие же цветные огоньки. Вид комнаты мне теперь напоминал калейдоскоп, откопанный нами в секторе номер 157 и, к сожалению, ликвидированный из-за отсутствия научной ценности.
— Как тебе иллюминация? — спросил правитель, глядя мне прямо в глаза.
— Как красиво! Замечательный сюрприз! — восторженно ответила я, уже не боясь, что он увидит мои эмоции, тем более они запросто читались в моих широко открытых от изумления глазах.
— Это еще только начало, — таинственно сказал Василий, подходя к стене и спуская вниз контейнер для перемещения. Затем он открыл один из шкафчиков, достал оттуда комбинезон телесного цвета, одновременно снимая с себя свой кремово-белый пиджак, белые брюки, по которым пробегали разноцветные тени от развешенной иллюминации, и свою неизменную черную рубашку, которая так поразила меня во время первой нашей встречи в конференц-зале. Оставшись в одном нижнем белье, он будто нарочно медленно натягивал на себя рабочий комбинезон, позволяя мне рассмотреть его мускулистые плечи, огромную, вздымающуюся от каждого движения грудь, густо заросшую мелкими черными волосками, сильные ноги с синеющими прожилками вен. Закончив приготовления к перемещению, он перешагнул порог контейнера и нажал кнопку «Пуск», бросив через плечо:
— Жду тебя в вакуумной комнате.
Контейнер, скрыв Василия в облаке дезраствора, увез его в шлюз. Я осталась одна в этой будто незнакомой разноцветной комнате, пытаясь собраться с мыслями. Вид обнаженного мужского тела потряс меня, вызвав во мне бурю непонятных эмоций. Сейчас я уже не чувствовала ни гордости за успешно проделанную работу, ни обиды из-за товарищей, бросивших меня в самый знаменательный день моей новой жизни. Только чувство восхищения от доселе невиданного, от красоты человеческого тела на фоне мерцающих разноцветных огоньков.
Контейнер вернулся на свое место. Спохватившись, я быстренько переоделась в комбинезон и приготовилась к перемещению, находясь в предвкушении от дальнейших сюрпризов. Процедуру перемещения я совершала сотни раз. Практически на автомате я дернула рычаг, закрывавший стекло контейнера, и приготовилась к стандартной процедуре облачения в скафандр. Тут меня ждал еще один сюрприз. Вместо ослепительно белых лент, обычно вырывающихся из стен и пола контейнера, мое тело начали опутывать невыносимо яркие цветные полоски ткани, создавая причудливый узор, не поддающийся никакому научному анализу. Красные ленты наслаиваются на желтые, синие — на зеленые, бардовые — на черные, розовые — на оранжевые. Я даже почувствовала легкое головокружение от красочной какофонии. Наконец, меня обдало дезинфицирующим раствором и понесло в черную дыру, ведущую в мое самое любимое помещение во всём Купольном городе.
Несколько раз усиленно моргнув, чтобы привыкнуть к полумраку вакуумной комнаты, я перешагнула порог контейнера и пошла вперед в поисках Василия. Сегодня, из-за предвкушения остальных сюрпризов, я даже не обращала внимания на ценные бумажные артефакты, которые мне в будущем, возможно, предстоит вакуумировать.