— Будете выходить — засуньте вон в ту щель, — он показал на турникет.
Камеры у них везде, и тут нужно будет снова прибегать к помощи Хворостова, но не старшего, а его племянника-хакера. У меня есть для него ещё несколько небольших дел, потом найму другого, чтобы этот не погружался в этот проект слишком глубоко.
Коридоры на втором этаже широкие, с тёмно-красным линолеумом на полу и фотографиями губернатора и прочих чиновников на стене. Пахло казённой краской и кофе из автомата, который пили некоторые посетители, ждущие у дверей.
У кабинета Шустова никто не сидел, и предбанника у него не было — ещё не положено обзаводиться собственной секретаршей. Но зато сам кабинет размером больше, чем квартира, которую я снял.
Окна в пол выходили на центральную площадь, жалюзи были опущены наполовину. Сам Шустов прошёл за толстый стол из тёмно-красного дерева и показал рукой на кресло, что стояло напротив.
На столе находились выключенный моноблок, дорогая настольная лампа с зелёным колпаком, под которым видна пыль, красная кожаная папка для бумаг и бронзовая пепельница, хотя курить в кабинетах давно запретили. Впрочем, это на случай, если приедет кто-то важный, кого запреты не касаются, но кто не бросил курить.
За спиной — книжный шкаф со стеклянными дверцами, внутри аккуратные ряды толстых томов законодательства, которые он вряд ли когда-либо открывал.
На стенах висели картины — пейзажи в позолоченных рамах, дорогие, но безвкусные. Под одной из них явно находился сейф, потому что рамка висела криво, и на стекле отражались отпечатки пальцев. Её часто хватали. В углу стоял кожаный диван и журнальный столик, на котором лежали свежие газеты.
Вода в графине была на отдельном столике. Наверное, чиновник боялся, что кто-нибудь опрокинет стакан и всё зальёт.
Так, ну мне понятно, что делать.
Шустов уселся в кресло, газлифт устало выпустил воздух, и кресло сильно опустилось вниз. Чиновник нахмурился, нащупал педальку и снова поднял на нужную высоту. В этот раз оно выдержало, только жалобно скрипнуло.
Телефон он положил перед собой. Я вытащил купленный утром, но положил так, чтобы Шустов не обратил внимание, что чехлы похожи.
— Значит, транспортная компания? — спросил он, широко улыбаясь.
— Питерский филиал, — я сел прямо, прикидывая обстановку,
— Ну да, чтобы работа была безоблачной, вы пришли по нужному адресу, — Шустов усмехнулся и похлопал по папке перед собой. — Если есть документы, можете оставить, мы изучим. Но… это всё не быстро, сами понимаете. Проверки, всё такое.
— Понимаем. Но вы же говорили, что кое-что нужно перевезти без всей этой волокиты, — напомнил я.
— Да-да-да, — он улыбнулся ещё гаже.
Ну или мне так показалось, ведь я видел слишком много его фоток этим утром. Но на меня чиновник смотрел, как на деньги, которые вдруг оказались на его дороге, надо только положить их в карман.
У меня при себе была папка, в ней лежали скачанные из сети и распечатанные выписки, выгрузки и реквизиты ИП. Всё это я добыл, воспользовавшись телефоном Баранова, у которого как раз были нужные данные.
Баранов на этих ИП собаку съел ещё в нулевых — сколько он их зарегистрировал? Тысячи, наверное. И выводил через них деньги. Это одно из них, и оно вполне подходило для операции. Всё равно никакие грузовики я давать не собирался.
Всё равно вскоре я пропаду из жизни Шустова бесследно. Да и ему самому будет не до того, чтобы меня искать. Захлебнётся слюной от жадности, грубо говоря, пока не поймёт, во что встрял со своими махинациями.
Я положил к нему папку, и подвинул телефон ещё ближе к нему.
— Вообще, хотелось бы доставить всё быстро, — тем временем говорил он. — А оформим вчерашним числом. Конечно, оплата будет позже, но…
— Мы всё понимаем, — сказал я. — И готовы работать гибко.
В кабинете жарко, он потел, и я тоже. Но я ещё понемногу задерживал дыхание, насколько мог, и напрягал мышцы на животе, чтобы это не было заметно. Чуть-чуть, чтобы не выдала гримаса.
Но Толик сам по себе достаточно бледный, и мне нужно, чтобы Шустов заметил, что я раскраснелся.
Но какую вещь использовать бы на его столе? Что-то, что всегда лежит здесь, но чем он пользуется редко, и чтобы не сдвинул случайно. А как насчёт…
— Суть в том, — начал он, но нахмурился, посмотрев на меня. — С вами всё хорошо?
— Да, всё отлично, — я вытер лоб. — Жарко.
— Ну да, — Шустов потёр лицо платком. — Суть в том, что нам нужно несколько грузовиков, чтобы доставить груз в новые регионы. Гуманитарная помощь, в сети идёт сбор для наших ребят, ну и кое-что отправляют наши спонсоры. Еда, лекарства, «мавики», купили целую партию. И надо отправить как можно скорее.