— Чтобы тебя ничего не отвлекало, — я усмехнулся. — А то молодёжь постоянно в экран смотрит.
Телефон я забрал не просто так. Как раз утром подготовил один из купленных тогда чехлов и снова зашил в него жучок — поменяю ещё раз, раз у того села батарейка.
Шустов должен сделать для меня кое-что ещё.
— Ну и чем ты ему помогал? — спросил я.
— Разные варианты, — начал он, нервно поглядывая на свой смартфон в моих руках. — Пожарную инспекцию принять, участок подготовить…
— Давай конкретику, — перебил я.
— Ну… — Шустов откашлялся, заговорил уже по-другому, более официально, как привык на работе: — Производил согласование актов приёмки выполненных работ без фактического осмотра объектов. Утверждал технические задания на установку систем видеонаблюдения с нарушением сроков проведения конкурсных процедур. Согласовывал разрешения…
Он продолжал сыпать чиновническим канцеляритом. Если разобрать этот безжизненный казённый язык, то все дела, которые он перечислял, были незаконными. За это его могли дополнительно нахлобучить или даже посадить, если бы не было этой истории с воровством гуманитарки.
Но это не то, что меня интересовало. Я не собирался идти в суд и делал всё не для того, чтобы ему объявили выговор в личное дело.
Мне неинтересно, как Трофимов и компания обходили бюрократию. Меня интересовало другое: связан ли Шустов с чем-то ещё. А он должен был участвовать в их делах более плотно, даже если его не ставили в курс дела.
Его должны были привлекать для чего-то более серьёзного. Нет, конечно, Шустов делал и то, что сейчас перечислял, но вся эта бюрократия — просто фон для другой работы. Ведь у них были совместные дела в 90-е, а Трофимову были нужны лояльные люди, которых он знал и которые сидели у него на крючке.
Пока же я ничего такого не услышал. Разве что он вспомнил про Никитина, которого знал под фамилией Михеев.
Но ту схему я знал, и Шустов закрыл оставшиеся белые пятна. Чиновник должен был помочь оружейному барону и бандитам с вывозом груза из региона, но учитывая, что он разругался со всеми транспортными компаниями в области из-за своих схем, это оказалось сложной задачей.
Ведь все предприниматели думали, что он снова взорвёт груз или что-нибудь ещё, и находили причины ему не помогать.
Вот поэтому Никитин тогда ухватился за меня, как за запасной шанс.
Пока Шустов говорил, то отвлёкся, смотрел куда-то вверх, в сторону, опасаясь, не смотрит ли за ним кто-нибудь. А я не отвлекался, так что, дождавшись удобного момента, снова заменил чехол. У него он прежний, поэтому подмену не увидит.
После я зашёл в меню, ведь код разблокировки у него прежний, да и жировой отпечаток от пальца видно на экране до сих пор. Тут он выпучил глаза от возмущения, когда это заметил, ведь это я делал явно, но он не видел, куда именно я захожу, и решил, что я проверяю переписки. Спорить не стал, хотя косился.
А я спокойно привязал новый жучок к его телефону по Bluetooth для ещё одного сеанса записи.
— Больше ничего, — продолжал Шустов. — Ну и участок в лесу им помог получить, чтобы мусор вывозили. А то на полигон нельзя такое, говорят.
— Участок записан за ними?
— Разные участки. Просто лишь бы бесхозные. Так-то официально не вывозится. Ну и пару раз экскаватор им выбивал.
— И всё?
— Да это уже много, даже без этих добровольцев…
Твою дивизию. А вот это интересно, хотя сам Шустов делал вид, что тут нет ничего особенного, и он сказал это вскользь.
— Каких добровольцев? — тут же начал напирать я
— Да я особо не знаю, — попытался отмазаться он, уже жалея, что сказал.
— Говори.
— Ну, иногда набирал для него добровольцев, — сказал Шустов с явной неохотой. — Разные люди там. Бомжи какие-нибудь, Равшаны с Джамшутами всякими. Должники ещё, кто в кредитах застрял по уши.
— Без родственников? — предположил я.
— Ну, наверное… Трофимов только таких одобрял, если подумать. Я так-то ему разных предлагал.
Я поймал суть: это люди, которых хватятся не сразу. И у Шустова была возможность вычислять таких по работе. Ведь в его распоряжении всякие отчёты, социалка, знакомые в полиции.
— И что с ними делали? — продолжал я допрос.
— Откуда мне знать? — он отмахнулся. — Я просто предлагал людям заработать.
— Как часто был набор?
— Раз в две-три недели, обычно. Но давненько уже не было. В прошлый раз сразу трое было, а так по одному.
Нет, этого мало. Надо тянуть ещё.
— Кто именно? Когда? Даты? Что у тебя есть?
— Да ничего, — Шустов задумался. — На компе были анкеты, но он изъят.