Вошёл Ковалёв и оглядел нас.
— Ну чё, молодёжь, работаем? — спросил он и подмигнул.
— Работаем, — ответил я и начал рассматривать лист.
Здесь что-то про видеонаблюдение. Вопрос, который тоже нельзя надолго откладывать, но пока не до него. Ну а майор надолго не задержался.
— Значит, через телефон, — сказал я, когда Ковалёв вышел, и его шаги стихли. Я ещё проверил, не стоит ли он за дверью. — И Витя, который тебя контролирует и проверяет, что ты делаешь.
— Угу, — промычал Фатин.
— Он просил тебя связаться со мной?
— Не-а.
Я отложил данные по видеонаблюдению. Продолжаем.
На самом деле то, что его завербовали — большое подспорье.
Во-первых, это потенциальный двойной агент, который пока ещё не скомпрометирован, и через него можно закинуть нужный мне крючок.
Когда я собирался сюда, то с помощью Фатина хотел проработать один вопрос по его специфике, чтобы загнать под ноготь Витю — Фатин видит его чаще меня и, похоже, не очень любит. Но с новыми вводными эффект может выйти получше.
Во-вторых, через него можно подтвердить возможный союз Андрея Сергеевича Гойко с Фантомом, чтобы запутать Трофимова окончательно.
Учитывая то, что я узнал, я могу усилить эффект стократно. Сейчас главное — не скомпрометировать контакт. Это посторонний человек, а не гад вроде Шустова и Игнашевича, чтобы подставлять его под пули.
— И что от тебя требовали? — спросил я.
— Ну, просто подсказать, чем занимаюсь. Задавал вопросы, типа, что изучаю, над чем работаю. Раз в неделю пишет, говорит, что, типа, «так держать». И всё. Я сам удивился, но… а чаты удаляет потом.
Кто-то из людей Трофимова пишет в чаты, и это вряд ли Витя и точно не он сам. Надо бы выйти на контакт и проверить.
— Просили изменить данные? — я показал на бумаги.
— Нет, — он помотал головой.
Ещё рано для такого, агент может сорваться. Никто никогда не требует сразу делать серьёзные вещи и идти против кого-то, сначала агент должен крепко сесть на крючок.
Трофимов это знал и использовал вовсю.
— Спрашивали про диктофон? — продолжал я расспросы. — И что ты говорил?
— Ничего. Ни про флешку, ни про диктофон.
— И ты ничего не заподозрил, когда не спросили?
Он уставился на меня, явно стыдясь того, что не подумал об этом.
— Ещё ничего не потеряно, — сказал я ободряющим голосом. — Видишь, ничего не выдал, сам не попался. У них нет ничего, что можно использовать против тебя. Так что не парься. А когда поможешь нам — выпутаешься.
— А если ещё раз напишут?
— А вот тут мы с тобой поработаем, мэн, — я усмехнулся. — А вообще, это всё, — я показал на бумаги, — скукота. Хочешь настоящую работу?
Трофимов наверняка хотел использовать его, чтобы закидывать обманки в группу и заметать свои следы. Просто пока налаживал доверие, чтобы в нужный момент использовать и поставить перед фактом: ты сработал против ФСБ, и если не хочешь, чтобы я тебя сдал, работаешь на нас всерьёз и делаешь всё, что скажем.
Вполне в духе Трофимова, сначала пряник, а потом не просто кнут, а рабская галера с множеством кнутов. Вцепятся навсегда.
А мы сейчас поработаем иначе. Я же ещё вчера готовил для Фатина задачу, вот и пора ей воспользоваться.
— Ты же любишь старые дома? — спросил я, будто только что вспомнил.
— А ты откуда знаешь? — удивился он.
— Ну ты чего, забыл? У тебя же канал был, где ты писал разные вещи. И про дома в том числе, которые сносить хотят. Ты его забросил совсем.
Именно через тот канал я его вычислил. Недавно проверял, канал всё ещё заброшен.
— А, ну да, — Фатин нервно усмехнулся. — Как-то не до этого стало, а раньше интересовался. Но от канала учётка потерялась, её заблочили, надо новый канал делать.
— Ничего страшного, — я кивнул. — А помнишь Андрея Сергеича Гойко?
— Конечно, как не помнить. Думал, нормальный человек. А он, говорят, на тебя напал и сбежал. Знаешь, вот смотрю на всё это… это не вайб фильмов про Бонда, а какой-то сериал на НТВ, — он засмеялся, оживившись.
— А ты их смотришь?
— Не-а, — он хмыкнул. — Мемасы только видел, с актёрской игрой.
Видно, что Серёга пришёл в себя после первого шока. И теперь можно работать.
— И смотри, что можно сделать, — я стал говорить тише, и он наклонился ко мне. — Но сначала ещё вопрос. На улице Железнодорожной, бывшей Дзержинского, есть аварийный дом, готовят к сносу. Знаешь такой? Сталинка.
— А, этот я знаю! — Фатин тут же оживился. — Его должны были выкупить и отремонтировать, но по факту он просто простоял у них весь срок, пока совсем не обветшал. Будут сносить.
— Здание особенное?
— Ещё бы! Сталинский ампир, там лепнина с тех времён осталась, оригинальная, и колонны с советской символикой. Внизу вообще гранитом облицован! Дворец почти! На весь город всего два дома таких осталось.
Да, вот это тема ему точно интересна. Так что не зря я про это думал.
— Восстанови канал, — предложил я. — И сделай снимки. Но не дома на Железнодорожной, а второго, о котором ты говорил.
— Он в центре, жилой, ещё нормальный.
— Неважно. Сделай фотки, выложи на канал.
— Угу, — он уставился на меня. — А смысл?
— Тебя изучают. И когда ты выложишь дом, поинтересуются, почему ты это делаешь. Наверное, придёт Витя. Вот ему и скажешь…
— Он же душнила, — Фатин поморщился. Прозвучало очень искренне.
— Вот ему и скажешь, что тебя недавно спрашивали про такие дома, и ты снова заинтересовался темой. Когда спросит кто, то скажешь, что про похожий дом у тебя интересовался Гойко Андрей Сергеич. Спрашивал, в каком состоянии дом, что с ним будут делать в ближайшее время. Ты же в курсе, чем живут градозащитники, общался раньше, вот и можешь знать.
— И для чего это?
— Крючок, чтобы они поверили в одну схему. И скажешь, что снова заинтересовался темой, что таких домов всего два, вот ты и пошёл проверять второй.
— Так может, сразу дом на Железнодорожной идти смотреть? — спросил он.
— Нет. Подозрительно. Надо постепенно. Или не сработает.
Да, было бы странно, если бы в один день Трофимову доложили о тайнике, и туда сразу пришёл Фатин, чтобы сделать блог.
А тут сделаем иначе — снова заинтересовался, восстановил канал. А парень наверняка под колпаком, и его жизнью интересуются, канал заметят. А почему он вернулся к старому увлечению — появился повод, один разговор пробудил старые воспоминания.
Для работы же главное, что это ещё один источник информации, подтверждающий то, что врагу уже известно. Неочевидный, но такой, в который поверят, если обнаружат.
Если обнаружат, конечно. Но должны. Ведь если нет, то это будет значить, что Трофимов потерял хватку, у него не осталось профи, чтобы за таким следить, и я резко усилю напор.
Но это идеальный вариант, и вряд ли он случится.
А разговор шёл отлично, Фатин расслабился и задачу понял.
— Всё выйдет как надо, — подбодрил я. — И не парься, мэн. Вечером выберем место, где тебе позвонят.
— А ты сам всё придумал? — спросил он с лёгким сомнением.
— А ты покрутись подольше в этой сфере, и не такое выдумывать будешь. Но про дома тебе ещё вчера хотели предложить. Но так даже лучше выйдет.
Какое-то время поработал, сам же просился помогать, вот и странно будет, если вдруг уйду. Заодно полистал бумаги, которые изучал Фатин.
На листе были отчёты по установке городских систем видеонаблюдения. Вопрос этот постоянно всплывал, но в чём его связь с моей работой, ещё предстояло выяснить. Видеонаблюдением интересовался как Трофимов, так и ФСБ, и все остальные.
Но зацепок не было. В чём смысл? Теоретически понятно, ведь это часть системы «Щит», которая теоретически допускала подключение к городским камерам, чтобы отслеживать приближающуюся угрозу к объекту. Но это был только прототип, схема на бумаге, и всё.