— А тут лучше скажу. Лучше слухи, чем вообще ничего.
— Была одна спортивная секция, типа фитнес-клуб. Туда ходило несколько человек.
— Пришли детали, — сказал я.
— Лады. Кстати, мы тут выпили рюмку чая с Ковалёвым и ребятами, — он усмехнулся. — Они тебя ищут.
— В курсе. Странно было бы, если бы не искали.
— И гадают, кто ты такой, — Степанов засмеялся.
— И что решили?
Он засмеялся ещё громче. Да, одной рюмкой здесь явно не обошлось.
— Решили, что здесь, как в фильмах: Фантом — тот, на кого думают меньше всего.
— И на кого думают меньше всего?
— На Витю, нашего общего знакомого, — сообщил Степанов.
— Неожиданно, — сказал я. — Ладно. Мне нужно кое-что сделать через твои контакты с ментами.
— Найдём. Кого хочешь задержать? — поинтересовался он. — Или подкинуть чего на карман?
— Пока ничего. Им придётся работать вслепую, но мне нужна такая возможность. Есть надёжные люди? Или те, на кого у тебя есть компромат? И кто не задаёт лишних вопросов.
— Есть, — сказал майор. — А у тебя разве таких нет?
— Тоже есть. Но будем через твоих.
Потому что через моих меня обнаружат. Да и надо работать так, чтобы они не знали детали.
Я отключился, а на телефоне открыл страницу в социальных сетях некоего Андрейченко Валерия Петровича.
Молодой человек, двадцать пять лет. Он же секретарь Трофимова — тот, кто всегда держит за него трубку и передаёт его слова.
Андрейченко находился под сильным колпаком, потому что Трофимов опасался утечки данных через него, и при малейшем подозрении заменит его. Этого человека он проверяет по полной.
И всё же, было у секретаря одно слабое звено. Мне оставалось только узнать обо всём этом побольше и взять его в разработку.
Через него можно будет много чего сделать и узнать.
Хотя это ой как рискованно. Серьёзнее всего. Но удар, нанесённый со всех сторон, будет куда мощнее одиночных.
Глава 14
Для того чтобы всё удалось с помощником Трофимова, мне требовалась подготовка и алиби, а также ещё несколько вещей.
В первую очередь — нужно создать новый цифровой след человека.
Такой есть у каждого, и его отсутствие само по себе повод для подозрений. Такой есть у меня, такой есть и у Фантома. У того цифровой след уже достаточно твёрдый, но всё же обтекаемый.
Фантом оставил достаточно следов, чтобы его искали, но в то же время слишком мало зацепок, чтобы поняли, что это я.
Да, здесь был нюанс, что временами я действую, как его доверенное лицо или даже как консильери у мафиозного дона. Пока ещё не выходило полностью отдалиться от этой личности, потому что у меня нет огромной команды шпионов, которые работают на меня, и многое я делаю сам.
Возможно, со временем, когда я закончу с Трофимовым, этот Фантом исчезнет, и я создам нового призрака. Но пока это время не настало, я готовил след другого человека, которого обвинят во всех грехах.
И у меня был прекрасный кандидат на эту роль — покойный Андрей Сергеич Гойко.
Его труп перевернулся бы в гробу, если бы он понял, что я для него приготовил. Ну и если бы у него был гроб. Но тело не найдено, а я ещё не выжал из него все соки, потому что уж больно колоритный оказался дядька-албанец. Рано ему исчезать из человеческой памяти.
Это как забивать барана — в дело пускают всё, что можно, от внутренних органов до шкуры, не выбрасывают ничего. Вот я и занимался им.
Мне нужно убедительно доказать то, что он жив, но скрывается.
Степанов спрятал его телефон ещё во время той ночи, когда была перестрелка, и передал его мне, как Фантому, через тайник. Оставил рядом с детской площадкой поздним вечером, как шпионы в советское время прятали плёнки со снимками секретных заводов.
Телефон заблокировался, и для разблокировки пришлось передать его младшему Хворостову. Тот всё канючил какую-нибудь работу, потому что понял, что я плачу много, но только за серьёзные проекты.
Но его я подключал по необходимости, чтобы он не опознал масштабы проекта и не знал больше, чем положено. А для одноразовых акций я уже нашёл нового спеца в даркнете и думал, чем его занять.
Деньги-то есть — покойный Игнашевич будет лично спонсировать эту операцию против шефа, якобы Гойко забрал эти деньги в криптовалюте, когда его убил. Трофимов же так и остался в неведении, что я забрал их намного раньше.
Я не забывал другие планы, но пока эти схемы крутились и готовились, просто так сидеть я не мог.
Телефон Андрея Сергеича с извлечённой сим-картой и сломанным модулем GPS я изучал ночью.
Понятно, что он хоть и умелый специалист в разных делах, но полностью конспирацию не понимал, вот и допустил прокол — он записывал разговоры в мобильном приложении.
Возможно, делал это для себя, чтобы удостовериться, что ничего не упустил. С другой стороны, ничего важного я не заметил, скорее всего, Гойко удалял серьёзные переговоры или вёл их через шифрованный мессенджер.
Сим-карта в телефоне была записана на него, но ФСБ знала его номер, и я не сомневался, что они получили все распечатки, и, скорее всего, даже сами записи разговоров, изучили вдоль и поперёк, если раздобыли и их.
Так что на телефоне осталась мелочь — образец его голоса. Вот это мне и нужно. Компьютер так и стоит у Виталика, обучим сетку на записях, тем более Виталя говорил, что вышла новая версия, более быстрая и точная.
Дальше. Компьютер Гойко тоже достался ФСБ, когда оперативники вскрыли его номер. Что там нашли, я пока не знал, потому что Степанов этим не занимался.
Впрочем, ноутбук находился в группе, я даже его видел, и со временем получу к нему доступ. Только пойму сначала, как у них всё работает, ну и пусть они ко мне привыкнут. Буду мелькать там чаще — чтобы не заподозрили, что я шарюсь по чужим вещам.
Так что пока всё это варилось и готовилось, я составлял личность Гойко для операции против Трофимова.
А ведь если подумать, у меня вышло идеальная легенда для пропавшего убийцы. Якобы он провалился, напав на Степанова, а после бесследно исчез.
Но Трофимов может решить, что на самом деле Андрей Сергеич перешёл на нелегальное положение и продолжает свою деятельность. А тот, кто его покрывает в Москве, может подумать, что старик поехал на почве паранойи, и где-то закопал его посланца. Или что Гойко предал.
Много вариантов. Неважно, что они подумают. Главное, чтобы они были этим недовольны.
Если выгорит, то Трофимову придётся тратить ресурсы, чтобы закрываться и с этой стороны, а они у него не бесконечны. Ведь атака идёт всё с новых и новых направлений, я добавлял новые, а самые тяжёлые доводы ещё даже не вступали в бой.
И ему будет кого обвинить на случай, если у меня что-то не выйдет с его помощником.
Мы давим, мы качаем и ничего не забываем. Работаем над всем разом, и старик отбивался изо всех сил. А я давил дальше.
— Он тебе звонил? — спросил я у Фатина.
Я снова сидел рядом с ним, якобы помогая ему с бумагами. В этот раз мы расположились в отдельном помещении в центре города. Вывеска гласила, что здесь находится коворкинг — пространство, куда любой желающий за небольшие деньги может прийти со своей техникой и поработать.
В просторной комнате стояли старые столы и не очень удобные канцелярские стулья. На потолке висел проектор, а из намертво приделанной к полу кафедры у стены торчали HDMI провода, чтобы к этому проектору можно было подключить ноутбук.
Ещё здесь стоял кулер, но воды в нём не было, а у стены лежало кресло-мешок, в котором я немного посидел, но у меня быстро заболела спина. И это в двадцать лет.
Помещение не заброшено, просто давно не функционирует по своему прямому назначению. Так что здесь не было молодых программистов и прочих удалёнщиков с макбуками и картонными стаканчиками кофе.