— Я хочу докопаться до правды.
— До какой правды?!
— Почему твоё поведение иногда бывает неадекватным. Лена, вниз сползи, глаза зажмурь и уши закрой, чтобы не задели.
— Ты о чём? — растерялась я.
Он чуть вперёд наклонился и достал из-за пояса настоящий, боевой чёрный пистолет.
****
Сим – опытный водитель, сразу понял, что нужно действовать быстро. Вырулил и в стороне притормозил.
Я хотела посмотреть, что происходило. А на лесной дороге появились ещё машины, перегородили путь тем, кто увозил Гулю с флешкой.
Сердце бешено колотилось в груди, каждый удар отдавался эхом в голове. Я чувствовала, как страх сковывает тело, будто ледяной ветер пронизывает до костей. Всё, что я видела перед собой, казался кошмаром, который невозможно остановить.
Я, сжимая ручку двери, пыталась сохранить спокойствие. Паника – мой главный враг в последнее время.
— Лена! — рявкнул на меня Сим и насильно голову мою вниз опустил. В одной левой было столько силищи, что я обалдела, на меня будто столб железобетонный упал.
— Кто это? — заныла я, перед тем, как забиться под бардачок, пыталась разглядеть тех, кто перекрыл дорогу
— Охрана завода, — спокойно ответил Симаков.
Я прикрыла голову руками, зажмурилась. Потому что так попросил Сима.
А Сима что-то выдумал – вышел из машины, точнее сказать, выскочил.
— Сим! — пискнула я.
И раздались за пределами автомобиля тяжёлые и глухие хлопки. Я с каждым хлопком вскрикивала и вздрагивала всем телом. Мне казалось, что эта нереальность с перестрелкой должна вот сейчас подойти к концу. Но она тянулась непозволительно долго. Слышались маты. Что-то рушилось и со звоном билось. И звонкий девичий голос оглушительно завизжал совсем рядом. Этого я вообще не могла выдержать. Гулька эта чуть старше моей дочери.
Я полезла из машины, потому что скрючившись, сидеть не хотелось.
На небольшой поляне, окруженной высокими соснами, лежало несколько фигур – бандиты, которых недавно обезвредили. Самые прыткие, что ехали за нами в машине, кинулись в бега, их преследовали.
«Стой! Стрелять буду!» — звучало, как в каком-то боевике.
Все тела неподвижны – морды, зажатые в гримасе боли и страха, прямо в грязь и в снег утыкались. Руки у всех вытянуты за головы, их связывали жгутами. Только тот самый, который Гульку обнимал, в последнем отчаянном жесте не покорности перед силой, которая его одолела, надрывно орал матерщиной на весь чёрный лес. Его прикладом по лицу огрел здоровяк, бородатый мужик.
По краю поляны медленно двигались силуэты охраны завода. Они держали оружие наготове, автоматы Калашникова наперевес. Лица большинства охранников скрыты под капюшонами и масками, их глаза внимательно следили за каждым движением в темноте. Шаги их тихие, почти бесшумные.
Я постояла рядом с открытой дверью Симкиного внедорожника, взгляд был прикован к бандитам… И к тем и к другим. Охранники мало чем отличались: также матерились, так же угрожали.
Бандиты повержены, угроза устранена. Ведь так? Но губы дрожали, когда я пыталась вдохнуть воздух, чтобы успокоиться.
— Ну, я же просил не высовываться, — в темноте сказал Сима, точнее были огни, но горели где-то в стороне.
— Девчонку не трогайте, — попросила я.
Пухлую Гульку бросали по кругу, толкали из рук в руки и смеялись над ней, говорили, что сейчас толпой изнасилуют, и костей никто не найдёт.
Гулька летала, как мячик из стороны в сторону, верещала и пыталась драться. И пинаться. Пнула как-то неудачно того самого здорового мужика с бородой и ружьём на плече. И этот мужик её за хвост выловил. Поймал, выгнул, загнул. Приподнял над землёй.
Тут половина только народа лица прятала, были те, кто ничего не боялся. И они были дорого одеты, и ружья у них охотничьи. А на ружьях этих рукояти особенные, короче любители собрались.
— Не смейте трогать девушку! — возмутилась я и хотела подбежать, чтобы заступиться за девчонку.
Сима меня за ворот поймал и рывком назад поставил на место.
— Я же просил не лезть, — сквозь сжатые зубы процедил он, а потом громко обратился к здоровяку. — Дон Спирит, я с женщиной, поосторожней.
Рядом с нами нарисовался невысокий, как Сима, стройный мужичонка, похожий на мальчишку. Под кожаной курткой белоснежная рубашка, и так же держал на плече охотничье ружьё.
— Девушка не игрушка! — крикнула я этому мужику и другим.
— Игрушка и ценный артефакт, — посмеялся мужичок.
— А в этом лесу все игрушки мои, — пробасил бородатый здоровяк и, прищурившись, внимательно, рассмотрел меня. — Это кто? Я её видел. Сообщница.
— Это моя женщина, — Сима сделал шаг вперёд и спрятал меня за своей спиной.