Но бородач был таким здоровым, что пытался высмотреть мою макушку откуда-то сверху.
— И что она здесь забыла? И на моём заводе, что она делала?
— Устроилась на работу, — не дав за меня сказать Симакову, громко крикнула я. — Даже если девушка нарушила закон, с ней нельзя поступать плохо.
— Мы только хорошо, — отозвался бородатый, и вся его бандитская свора, включая людей в форме, заржала.
Это жутко и страшно. И бедная Гуля перепугалась не на шутку. Она, как загнанный зверёк, билась из последних сил.
— А как с ней нужно? — спросил мужчина рядом, внимательно меня рассматривая. — Расскажи-ка нам. Не больно убить воровку, прикопать тут же?
Это , была настоящая банда, ничуть не лучше той, которая лежала на земле со связанными руками. Хотя вот эти выдавали себя за охранников завода. Короче, большой бизнес – это одна большая бандитская сходка. И не важно, на какой ты стороне. В любом случае у тебя будет ружьё.
— Насколько безопасна твоя женщина, человек из Москвы?! — кричал Дон Спирит.
— Настолько безопасна, насколько опасен я, — спокойно ответил Симаков, затаскивая меня обратно в машину.
Гульке уже заклеили рот, чтобы не раздражала никого своими воплями. Ручонки связали и оттаскивали к одной из машин.
Что с ней было дальше, я не знаю. Мне действительно, может быть самой спастись стоило.
Хлопнули двери, я расстроилась. Слёзы текли, я не могла смотреть больше по сторонам.
Ну… Думала, что жизнь моя скучна и неинтересна. Вот, пожалуйста. Острое, экстремальное приключение.
Сделала глубокий вдох, пытаясь обрести равновесие. Мне предстоит многое осмыслить, многое пережить, но сейчас, в этот миг, я почувствовала себя живой, как никогда раньше!
Я словно излечилась…
А может это так?
— Ленок, возьми себя в руки. В кучу соберись. У тебя всё хорошо.
— Кто вы, мужчина?
— Ты меня прекрасно знаешь.
— Не думаю. Мы не знакомы.
— Ленок, — он вздохнул. — Ты меня знаешь изнутри, в сердце ты моём и в душе. Так сойдёт?
— Нет.
Он протянул ко мне руки, чтобы, видимо приобнять, но я отшатнулась от него к двери.
— Что же дикая такая? Совсем на контакт не идёшь…
С его стороны к машине подошли. Серафим опустил стекло. Рядом с внедорожником стоял тот самый худощавый мужичок в белой рубашке. У него была стильная стрижка на длинные тёмные волосы. У него большие серо-голубые глаза, это было видно с подсветкой в нашем салоне. Интересное лицо с впалыми щеками и полными губами.
— Это действительно твоя баба? — посмеялся он, показывая белоснежный оскал.
— Елена Вячеславовна, — кивнул Серафим. — Познакомься, Ленок, это Малышев Дмитрий Сергеевич.
— Не очень приятно, — отозвалась я, сложив в недовольстве руки на груди, косясь на Малышева с отвращением, хотя вот внешне даже очень приятный.
— Леночка не в духе, у неё день не задался с новой работой, — издевательский протянул Серафим, хорошенько, так меня стебанув.
Они посмеялись.
— До города далеко ехать, предлагаю вам комнату в моём отеле.
— Малышев, в вашем отеле стреляют и ходят киллеры.
— Я усилил охрану после последних событий. Раз такой передел бизнеса, все начеку. На территорию никого не пускают.
— Это очень важно, чтобы я ночевал у тебя? — вскинул широкую бровь Серафим, глядя на своего собеседника.
— Да — твердо ответил Малышев. — Я хочу, отметиться с лучшей стороны.
— Ты знаешь, это бесполезно. Я ведь только по факту.
— Факты будут великолепными!
Малышев, как какой-то торгаш на базаре играл длинными пальцами.
— Мы ночуем у тебя. На турбазе.
Стекло медленно поднималось. Малышев отсалютовал, широко улыбаясь, отошёл от нашего внедорожника.
— Кто это? — поинтересовалась я.
— Это акционер всех заводов, какие только смог собрать по округе, области , краю. Инвестор всея и каждой бочки.
— А этот дон Спирит?
— А это был главный акционер завода, на котором ты работала уборщицей, но теперь ты там, конечно же, не работаешь.
— Бандит первый, второй и ты, — с претензией предъявила я ему.
— Пусть так.
— Что?! Ты бы хоть оправдался для приличия.
— Не вижу смысла, ты на взводе.
— Я никуда не поеду с тобой.
— А я не спрашивал твоего мнения, женщина, — лицо стало жёстким. — Ты не будешь ночевать в своей сарайке. Это, во-первых. А во-вторых, я тебя трахну, чтобы успокоить.
И без улыбки это сообщил.
— Что ты сделаешь? — прошипела недовольно в ответ.
— Что, кто здесь? — усмехнулся Серафим. — Есть ещё вариант. Пойдёшь с Гулькой по статье. Дон Спирит ещё не уехал, могу сдать.
— А мне надо подумать.
— Я уже подумал. Я же твой куратор. Помнишь, ты доверяла мне, как себе не доверяла. Вот и продолжай так делать.