Юля положила перед Максом связку ключей с «таблеткой» от домофона.
– А значит, тебе стоит быть осторожнее, – серьёзно сказала она. – Мы же не хотим, чтобы нашего лучшего курьера мамка отругала за то, что он ночами невесть где пропадает, так? – И, не дождавшись ответа, барменша «Таллера» продолжила: – Будешь жить отдельно: галчонку пора покинуть родное гнездо.
Внезапное известие о переезде сильно удивило Макса. Впрочем, это мигом решило его проблему, мысли о которой в последнее время не давали ему покоя: как объяснить матери, куда вдруг исчез её сын прямо из гостиной их квартиры в момент просмотра телевизора, да ещё и в полукоматозном состоянии (а именно так действовала на Макса визитка «Таллера» при вызове на смену).
– Ну и чтоб уже всё было в полном фарше, наш кооператив «Таллер» официально оформил тебя на работу… – продолжила Юля, но договорить не успела.
Парадная дверь кафе с громким хлопком распахнулась настежь и едва удержалась на петлях, пропуская вперёд пронзительно свистящий тёмный круговорот.
– Вихрь-чёрт! – всплеснула руками барменша. – Сегодня же свадьба!
В следующее мгновение Юля исчезла и возникла уже в другом конце зала, часть которого была огорожена импровизированным заборчиком из сплетённых веток. Ещё несколько секунд – и мебель за оградкой обрядилась в нарядные праздничные чехлы, столы заполнились всевозможными яствами, пузатые прозрачные бутылки с мутной жижей засияли ярче медного пятака – Юля на миг остановилась и, оценив свою работу, сложила руки замком, победно улыбаясь.
Вихрь пронёсся через весь зал и рассыпался беснующейся нечистью по столам и стульям.
Макс никогда раньше не наблюдал ничего более странного. Если бы кто-то его сейчас спросил, кого он в эту минуту видит перед собой, курьер бы, не задумываясь, ответил: чертей. Да, эти твари, появившиеся из вихря, и впрямь донельзя напоминали хрестоматийных чертей, какими их показывают в детских мультиках: бесята, покрытые чёрной шерстью, с маленькими коровьими ушками под треугольными рожками, с длинными лысыми хвостиками, увенчанными крохотными кисточками. Все участники свадьбы были на одно лицо, и только одна тварь отличалась – у неё на голове красовался пушистый пёстрый венок из живых цветов, и потому Макс предположил, что это и есть невеста. Черти свистели и кричали, рвали свои глотки, щёлкая раздвоенными языками, плевались и визжали, некоторые из них пели, кто-то плясал на столе, другие хватали пищу руками и пихали её в зубастые рты, щедро поливая их мутным содержимым бутылок.
Понимая, что Юле сейчас точно не до него и никаких указаний в эту ночь он больше не получит, Макс сгрёб в карман оставленную ему на барной стойке «зарплату» за смену, нажал на планшете мигающую точку заказа из Санкт-Петербурга и отправился в путь.
Не спеша шагая по лесной тропинке, Макс, не желая думать о чём-то серьёзном, размышлял о всякой чепухе. Например, откуда Юля берёт «человеческие» деньги, которые платит ему в конце смены? Почему они всегда такие мятые и в валюте совершенно разных государств? Почему в одну ночь Макс получает больше пятидесяти тысяч в переводе на рубли, а в другую – от силы три сотни, да и те мелочью?
С этими мыслями он добрёл до Сенатской площади, с наслаждением вдохнул тёплый ночной воздух и, подойдя к Медному всаднику, оставил чёрный пакет у его основания. Памятуя о том, что этот клиент не слишком любит общаться с челядью, Макс сразу развернулся и нажал на планшете жирную кнопку с надписью: «Таллер». Только с такой пересадкой обычно можно было попасть домой.
Вдруг планшет дёрнулся и скатался в камень. От неожиданности Макс чуть не выронил его из рук.
– Не велено в «Таллер», – пискнул камень.
– А куда велено? – передразнил его тонкий голосок Макс: он очень устал и хотел скорее лечь спать.
– Велено сразу домой доставить, смена закончена, – в тон ему огрызнулся камушек.
– Ещё лучше, – с облегчением вздохнул курьер. – Ну, потопали тогда.
Камушек вновь развернулся в планшет, и лесная тропинка повела Макса к дому. Лишь тихий звон бутылки, скользнувшей по брусчатке, нарушил тишину на Сенатской площади – клиент забрал свой заказ.
* * *
Живописные виды архитектуры города на Неве постепенно рассеялись. Однотипные высотки, несколько сетевых магазинов, салон красоты с выцветшим плакатом на единственном окне… Макс всё ждал увидеть вокруг себя знакомые очертания строений его родной Балашихи, но, кажется, идти было ещё долго.
«Странно, – нахмурился Макс. – Обычно минут через пять я начинаю узнавать знакомые места, а через шесть уже стою на пороге квартиры…»