Чет же, увешанный рюкзаками и трофейными винтовками активно спорил с местными уже у своего магазина, жестикулируя и едва ли не на пальцах что-то доказывая парням не участвовавшим в бою. Уха Курьера пару раз достигли слова «долг» и «карты». Видать неспроста все же, в салуне отзывали о нем как о «гуляке Чете».
- Привет, дружище! - поприветствовал робот Курьера, заложив изящный вираж перед телом старателя, который словил пулю виском у самого салуна - Неплохой выдался денек, да?
- Отлично проявил себя - иронично бросил Курьер - Ты даже не принял участия в бою.
- Постой, постой. Я не врал, когда говорил, что помогу тебе. Наверное, я отключился. Раньше со мной такого не происходило...
- О, парень изобразил выражение смятения - Вероятно, в твоей карте памяти есть поврежденные данные. Дай мне взглянуть - с этими словами Курьер поддался было вперед с видом маньяка желающего поковыряться в железках, Виктор же наоборот отъехал назад, предостерегающе вскинув свои руки-манипуляторы.
- Без обид, дружище, но лучше не нужно. Это все-таки техника.
- Ладно, скажи-ка мне, видел среди убитых предводителя их шайки, Джо Кобба?
- Нет, этого сорвиголову я не видел.
- А Зака?
- И этого ковбоя не видал. Но можете намазать меня маслом и объявить печенюшкой, если окажется, что он не струхнул участвовать в заварушке.
Парень махнул рукой и двинулся дальше. Чтобы подтвердить выполнение своей работы и Ринго не имел никаких обоснований к урезанию оплаты, он должен был отыскать тело Кобба. Ну и тот револьвер 357 калибра, больно уж приглянулся ему. Эта пушка вполне покрывала те десять процентов от девяноста причитающихся Чету.
Солнце перевалив за зенит, теперь медленно клонилось к западу. Тени от кривых чахлых зарослей и строений удлинились, краски сгустились приобретая красноватый оттенок.
Многие из не участвовавших в бою горожан всё еще сидели в своих домах наглухо запершись и сейчас сквозь щели в окнах во все глаза напряженно следили за одиноким чужаком с оружием в руке, что бродил меж их лачуг. Их пристальные взгляды, он ловил на себе то тут, то там. Но они Курьера не интересовали. Если Кобб не помер или не сбежал из города, то ему оставалось только затаиться где-нибудь, пересидеть.
На то чтобы обойти маленький городишко много времени не потребовалось, но вот никаких признаков главаря преступной шайки, парень так и не отыскал.
Однако, когда он уже собрался было вернуться к салуну ни с чем, взгляд его привлекли несколько темных пятен в пыли, у ветряка, почти стершиеся ветром. Это была кровь. Указывая направление, куда направлялся раненный, цепочка кровавых капель огибала ограду с ростками кукурузы, затем ушла за торец дома старателя.
Так. Здесь раненный упал, похоже получил еще одно ранение, но не такое серьезное. Или просто оступился. Следы стерли пыльные завихрения, но на дверной ручке соседнего дома был заметен кровавый отпечаток ладони.
Тихо ступая, Курьер приблизился, взял на изготовку пистолет и дернул дверную ручку. Та не поддалась. Парень приник к двери ухом и услышав едва уловимый треск взводимого курка, поспешил вильнуть в сторону. Выстрел! Еще один!
Звуки долгим эхом разлетелись по округе.
Пули пробили дверь насквозь, образовав в ней два отверстия, примерно на одном уровне с головой Курьера. А неплохой стрелок затаился по ту сторону. Если бы парень вовремя не ушел с линии огня, то валялся бы уже холодным трупом и никакие местные чудотворцы ему бы уже не помогли.
- Только пикни, сука, я тебя быстро на лоскуты порежу - услышал он по ту сторону голос, который невозможно было спутать. Да, это Кобб... и похоже, у него кончились патроны, хотя насчет последнего, полной гарантии не было.
Текущее время.
Не раздумывая, Курьер вскинул пистолет и выстрелил метя в ногу женщине чуть ниже колена. Та вскрикнула, резко обмякнув в хватке Кобба. На мгновенье парень растерялся и замешкался, непроизвольно перекладывая вес на больную ногу и открываясь. Этого мгновения, хватило Курьеру, чтобы выстрелить снова, метя в Кобба. Пуля с мерзким, хлюпающим чавканьем раскурочила бандиту лицо. Забрызгав кровью стены, тот рухнул безвольный мешком замертво. Рядом, подвывая лежала женщина в луже растекающийся крови, но она, по крайней мере, была жива.
На этот раз, для Гудспрингса всё самое страшное закончилось. Пусть и не вполне благополучно.
Пройдя вперед, парень подобрал револьвер Кобба. Почти одновременно с этим, дверь распахнулась и в дом ворвались Чет с Забей-Питтом. Кратко объяснив что к чему, предусмотрительно опустив данные о том, что это именно он ранил бедняжку, Курьер покинул дом и направился к доку, пока Чет со стариком оказывали женщине первую помощь из того, что было под рукой.