– Ах, да… Дело-то оно конечно… Заказ пришёл, Андрей. Сумма солидная, на выполнение, правда, всего две кандидатуры подходящих: ты и Ленский. Раз уж ты в отгуле сегодня и изволишь бездельничать, а ответ заказчику нужен уже сейчас, то заказ пойдёт Ленскому. Гуляй дальше.
Он умолк, жевал свой вечно слюнявый язык, наверное. Что за привычка у человека говорить и плеваться как невоспитанный верблюд. После каждого разговора в его кабинете выходишь и чувствуешь себя оплёванным с ног до головы во всех смыслах этого слова.
Я задумался: поваляться пузом кверху – это, конечно, замечательно, ну а что потом? Я человек энергичный, через час мне это валяние надоест, на Земле я уже побывал, с Кантом и Гегелем успел вдрызг разругаться на почве философских взглядов на либерализацию мышления в эпоху Возрождения, остались девочки. Но девочек тоже немного (я же не султан и гарем мне ни к чему) – Полина, А́йза и… Шела. Я мечтательно вздохнул – Шела… Вот уж никогда не думал и не гадал, что в отношениях между мужчиной и женщиной может всё зайти настолько далеко. После того раза, того разговора она мне сказала «Да», и её прекрасные глаза сверкали от счастья и некоей возбуждённой радости, а потом… потом я оказался здесь, она куда-то испарилась, затем вернулась, и с тех пор до того счастливейшего момента в моей жизни, когда она переехала ко мне, мы баловали друг друга неожиданными, а оттого вдвойне приятными свиданиями. Полина? М-м-м, нет, она проста как топор; не люблю, когда с улыбкой говорят «Да», как только чувствуют на себе интересующийся мужской взгляд. Айза? Тоже нет, пожалуй… Даже после нескольких встреч и безумных ночей ещё в те старые добрые времена, когда я ещё не встретил свою любовь, я так и не смог до конца разобраться, где в ней заканчивается мужчина и начинается, наконец, женщина. Остаётся…
– Андрей?
Я потёр щеку. Да нет, показалось, хвала звёздам… Было бы обидно, если бы он научился плеваться даже через гала-канал.
– А какова сумма заказа, Зизольдий Гурабанович?
– Жадность тебя погубит, Андрей…
Великий Космос, дожили, он мне начал нотации читать…
– Так сколько, если не секрет?
– Зачем тебе это, Андрей? Заказ всё равно достанется Ленскому, ты же в отгуле, как сам мне только что заявил.
– Зизольдий Гурабанович, не томите молодое сердце…
– Ну, за вычетом налогов, процента фирме, расходов по обязательным платежам, твоих махинаций со счетами – не делай невинное лицо! я всё знаю – получается, э-э-э, что-то около двух тысяч кредитов.
Мои глаза сами по себе стали размером с тарелки. Две тысячи кредитов… Две… тысячи… этих чёртовых кредитов! Это же новый скутер фирмы «СтарЛайт»! И плевать, что их у меня и без того уже четыре – я коллекционер. Это возможность прийти и с гордостью заплатить целых тридцать кредитов за обед неделю назад у семейства Танзани. Вообще-то у меня и так есть, чем расплатиться, но тратить кровным трудом украденные у самого себя и оторванные от развлечений сбережения на такие глупости, как платежи по мини-долгам, меня жаба давит.
Две тысячи кредитов, двадцать пять тысяч униев земной валюты, восемьсот марсианских куглов, возможность пару недель жить и бездельничать на орбитальных станциях-курортах Венеры! Великий Космос… Я иногда даже очень люблю свою работу!
– Зизольдий Гурабанович, я беру заказ, – я стараюсь говорить спокойно, без криков, без Тарзаньих воплей, без беготни по стенам.
– А как же Ленский? Он тоже давно без дела сидит.
– Он, ну… Отдайте ему заказ Геши или пусть вообще перетопчется! Зизольдий Гурабанович, запишите на меня, пожалуйста! Деньги очень нужны!
– Что на новые тряпки не хватает? – вот скотина, ещё и тон понимающим сделал. – Эх, молодёжь… Вот в моё время…
– Спасибо, Зизольдий Гурабанович! Вы мой спаситель и озолотитель! Я подскочу за заказом через часик, записывайте на меня смело! Всего вам хорошего, доброго, вечного!
Я спешно оборвал связь и с наслаждением испустил вопль самца гориллы, напугав до полусмерти свои живые часы и аквариумных рыбок.
– Твои времена… Твои времена были в эпоху динозавров! – заорал я торжествующе.
Часы вернулись, глянули одним глазом и снова спрятались.
– Вылезай, – сказал я, посмеиваясь, – делов-то… Хозяин с ума сошёл. Впервой, что ли?