– Я знаю несколько рецептов салата с мясом, – успокоила я ее.
В кабинете тетушки Розы нашлось несколько платьев, больше соответствующих местной моде. Одно из них было белым, простого кроя и с удобным передником — подойдет для приема пациентов в лечебном корпусе.
– Так-то лучше, а то ходишь как мальчишка в обтягивающих штанах! – одобрила выбор родственница с портрета. – Теперь не стыдно и постояльцам показаться.
С волнением я ожидала прибытия новых гостей. Несколько раз сложила все буклеты в стопки и снова разложила веером.
Руки в волнении дрожали.
Портал открылся прямо у крыльца, и постояльцы один за другим входили в мое заведение.
Первым в дверь протиснулся чрезвычайно полный, весь какой-то сдобный мужчина неопределенного возраста. Вот уж кто у нас перейдет на овощи и мясо!
За ним появился интеллигентного вида мужчина со стопкой книг. При этом остальной багаж его умещался едва ли не в пакет.
Следом вошла пожилая пара с непоседливым внуком лет пяти. Мальчишка прыгал на одной ножке и все норовил потрогать, но его постоянно одергивала строгая бабушка. Мужчина же на все взирал с философским спокойствием.
Я сделала пометку, что надо будет как-то занимать мальчика.
Только я порадовалась, что ребенок будет всего один, как появилась какая-то линяло-бесцветная женщина с девочкой примерно того же возраста, что и мальчик.
Детишки сразу заприметили друг друга. Девочка показала мальчику язык, тот погрозил кулаком.
Я вздохнула. Кажется, эта парочка доломает то, что еще чудом уцелело в моем заведении. Им срочно нужна песочница и безопасное место для плавания.
Завершала процессию миловидная блондинка с пухлыми губками. Она удивленно озиралась и хлопала ресничками, будто не понимала, куда попала. А, может, это у нее от природы вид такой немного глуповатый.
Вместе с Райли получалось семь гостей, если не считать детей. Хотелось верить, что это счастливое число принесет мне удачу.
Пока гости размещались, я подготовилась к началу приема в лечебном корпусе.
Переоделась в лекарское платье и оформила для каждого из пациентов по небольшой тетради для личного дела, совместив его с медицинской картой.
Я немного волновалась, ведь в последние годы практики у меня не было, муженек с его маменькой не позволяли работать, хотя мне очень нравилось. Зато сейчас смогу реализоваться, пусть и всего на семи пациентах.
Первым я ожидала увидеть Райли Элиота, но, к моему удивлению, пришло семейство, состоящее из бабушки, деда и непоседливого внука.
– Проходите, – пригласила я их на прием.
Женщина, обернувшись к мужу, властно сказала:
– Гартен, пригляди за Севой, пока мы назначим лечение.
Я радушно улыбнулась.
– Далеко не уходите, чтобы я вас тоже побыстрее приняла, – попросила я.
– Зачем это?! – возмутилась женщина. – Я за всех сама отвечу, они все равно вам про себя не расскажут!
Я посмотрела на женщину. Рот, напряженно собранный в одну точку, собранный вид и решительный, размашистый шаг. Не женщина, а генерал в юбке!
– Мальчик может зайти с одним из сопровождающих взрослых, но с вашим мужем я бы хотела побеседовать наедине. Врачебная этика требует общения с совершеннолетними пациентами один на один, – строго сказала я.
– Да что он там вам расскажет?! – женщина всплеснула руками, но спорить не стала и вновь обратилась к мужу. – Гарти, не уходите далеко, заведешь ко мне Севу.
Я только вздохнула, мысленно сочувствуя мужчине. Но тот не спорил с женой и послушно повел выгуливать внука, который во время нашего короткого разговора пытался открутить дверные ручки у запертых кабинетов.
Что ж, иногда мужчины остаются инфантильными детьми до глубокой старости, и им рядом нужна волевая женщина, которая будет заботиться и опекать своих подопечных. Чаще всего такие экземпляры переходят от матери к жене, как эстафетная палочка.
Я мельком взглянула на документы и сказала:
– Марта, расскажите о себе. Что вас беспокоит, есть ли хронические заболевания?
Женщина задумалась, а потом залпом выпалила:
– Севочка растет очень болезненным ребенком, постоянно простывает, цепляет всякую заразу и все время ходит с болячками. А вот у Гартена больной желудок, ему нужно готовить отдельно, подавать еду определенной температуры и не волновать, ведь у него сердце!
Я удивленно посмотрела на пациентку.
– Вы не поняли, Марта, расскажите о себе. Беспокоит ли вас что-то? – повторила я вопрос.