Я несколько раз прочитала текст, но не нашла никакой ошибки, даже орфографической, о чем незамедлительно сообщила клиентке.
– Но как же?! – всплеснула руками Милли. – Я же просила отправить меня в “Запретную Гавань”! Курорт, где отдыхают богачи!
Она обиженно надула и без того пухлые губки.
– Наверное, очень дорогое заведение? – уточнила я.
– Вы себе даже не представляете! – воскликнула она. – Там один только номер без питания на неделю стоит, как аренда моей комнаты на полгода.
Я попыталась скрыть усмешку за документами. Наверняка девица не особо блещет умом. Такие в нашем мире обычно считают, что Наполеон и Цезарь — это еда, которую придумал великий шеф-повар Оливье, и искренне недоумевают, когда им рассказывают, что эти правители в свое время едва ли не полмира захватили.
– Возможно, произошла какая-то путаница, – предположила я.
Милли согласно кивнула.
– Понимаете, я очень просила этого отзывчивого мужчину сделать мне скидочку. Меня подруга научила. Достаточно красиво сесть, загадочно улыбнуться и томным голосом сказать, что очень нужно попасть на заветный курорт, – поделилась секретом девушка.
– И что, это работает? – искренне удивилась я.
Милли отрицательно покачала головой.
– Я и сидела красиво, и доверительным тоном говорила, что мне очень нужен муж. Я просила. Нет, я умоляла войти в мое положение. А он…– девушка всхлипнула.
Я предположила логичное развитие событий и не стала уточнять, но Милли все же решила поведать мне эту печальную историю до конца.
– Турагент пообещал войти в положение. Он так расчувствовался, что ему аж стало жарко. На лбу появилась испарина, пришлось снимать пиджак. Я бросилась оказывать ему первую помощь, испугалась, что ему плохо станет. Все же у него возраст…
– Могу себе представить, – сказала я.
– Он бы и рубашку снял, так внезапно жарко ему стало, – продолжала Милли. – Но тут пришла его жена. Она очень ругалась, что он снова, не жалея себя, помогает клиентам, а потом работает в убыток.
Почему-то в этой ситуации мне больше всего было жаль жену неизвестного турагента-ловеласа.
– В общем, он пообещал помочь и продал мне путевку по очень выгодной цене, я такой даже не ожидала. Сказал, что это самое выгодное предложение. А потом, когда заполнял документы, допустил эту досадную ошибку, – почти всхлипнула девушка.
Я мысленно поаплодировала находчивому турагенту, который сбыл неходовой товар незадачливой искательнице богатых мужей. Было очень жаль разочаровывать девушку.
– Вы можете отменить путевку и вернуть мне деньги? – спросила Милли. – Я знаю, что есть какая-то защита прав посетителей…
– Подруга рассказывала? – догадалась я.
Девушка расплылась в радостной улыбке.
– Можете мне заплатить наличкой, я буду не в обиде, – великодушно предложила она.
Ага, щас! Нашла дуру: вернуть деньги, которых я сама еще не видела!
Но вслух я такого, конечно же, говорить не стала.
– Наш курорт только недавно вошел в созвездие сети отелей, – нашлась я. – Вы сможете первой оценить его, еще до того, как он станет самым известным заведением на побережье. Будете потом снисходительно рассказывать подругам, что посетили наш курорт с максимальной скидкой и успели оценить бутик-отель еще до того, как тут стало душно от богатых туристов и искательниц толстых кошельков.
В глазах Милли загорелся азартный огонь. Кажется, возврат средств откладывался.
Следующим на прием неуклюже протиснулся в дверь сдобный мужчина.
Он неуверенно огляделся по сторонам и переступил с ноги на ногу.
– Здравствуйте, можно ваши документы? – начала я, протягивая руку за увесистой папкой.
Мужчина не решался расстаться с сокровищем, поэтому пришлось повторить просьбу.
– Простите, а вы не из этих? – спросил он настороженно.
– Из которых? – уточнила я и на всякий случай тоже огляделась.
Мужчина смутился.
– Из охотниц, – перешел он на таинственный шепот и опасливо оглянулся.
Я несколько удивилась.
– У нас здесь нет охотничьих угодий, если вы об этом. В перспективе, возможно, будет рыбалка, – сказала я и сделала пометочку на будущее. Отличная же идея для мужского досуга!
Но мой гость, кажется, не это имел в виду, но документы отдал.
– Я про охотниц за женихами, – прошептал мужчина, делая страшные глаза.
Чтобы не засмеяться, я опустила взгляд в документы и пробежалась по тексту.
Гостя звали Левирий Бравейро, а было ему всего двадцать восемь лет. Все документы заполнены аккуратным круглым почерком с мелкими любовно расставленными завитушками. Не думаю, что он сам стал бы тратить время на подобное украшательство.